Каждое его слово, последний король Сталии впитал словно губка, не смев даже шевельнуться. Настолько ему был важен сын, настолько нэогар любил своё дитя, что даже тень шанса его отыскать – сотней иголок кольнула душу. Но барон вспомнил, кто кормил его надеждой.

– Не верю! – вскрикнул он, прижав хрупкого ребёнка к стене. – Ты обманешь! – нацелив созданный из руки кол в самое его горло, рыкнул нэогар. – Врал сотни лет назад, врёшь и сейчас! Ты сам, на моих глазах обезглавил Стафиса! Не смей пользоваться его именем в своих целях!

– Ты ведь знаешь, это не поможет, – обратив внимание только на кол у шеи, усмехнулся мальчик. – К тому же, поверь, я качественно докажу, что мой подопечный – твой сын. От тебя нужно только честное слово, и Стафис вернётся к любящему папику. Договорились? – протянув раскрытую ладонь ниже косой ухмылки, заставил кукольник барона согласиться.

– Я дам тебе шанс. Но только посмей обмануть, и ты не спасёшься…– со всей строгостью пригрозил поверженный король. Он вернул человека на место.

Оттряхнув пыль, кукольник добавил:

– Завтра на рассвете, в этом же месте. И будь повеселей, Стафис немного на тебя зол…

Бессонница давно вошла в привычку Кира; он выработал способность не спать целыми сутками, за что потом расплачивался тяжким состоянием любви к кровати. Этим поздним вечером, когда звёзды ярким бисером украсили небосвод вокруг остроугольной луны, Евразийский герой разделил обитель своего сна с Лирой. Их готовность дремать выказывало одеяло, почти полностью покрывшее уставшие тела, но о бессоннице напоминали разговоры, что они вели.

– Это ведь замечательно, что ты снова сможешь ходить без затруднений. Кулак даже в этом помог.

– Ну, пока это спорно. Глава программного развития не уверен, что всё срыботает, – выдохнул Кир.

– Тебе стоит больше доверять нашим учёным. Они доказали, свою пользу.

– Я не прекращу удивляться этому ребёнку, – с тенью радости взглянул Кир на колыбель, что стояла в углу у входа. – Не встречал ещё более тихих детей. Милена – даже подозрительна спокойна…

– Я тоже постоянно так думала, и часто к ней подходила. Но она всегда мирно лежит на спине, и смотрит в самые глаза, будто что-то различает. Не беспокойся, она в порядке.

Король со стажем в день прекратил отвлекаться от Лиры, которая тоже развернулась к нему в полный фас. Паренёк, в приступе зависти самому себе, захотел провести рукой по мягким волосам и тёплой коже рыжей девицы. Но, едва коснувшись её стальной рукой, Кир отдёрнул Кулак, смущённо прерывая момент близости.

Лира остановила перчатку, пока та не слишком далеко отошла. Вернув громоздкий Кулак к своей голове, после его мягкого касания, она проронила: