Я рассматривала людей, одетых строго, но элегантно, даже шуты и клоуны были в одноцветных костюмах с бабочками. На дамах, которые не годились в невесты будущему королевичу, сверкали украшения, их причёски поражали не только разнообразием цвета волос, но и экзотическими формами с вплетенными в локоны цветами, лентами, бусами, перьями, серпантином и прочими привлекающими взгляд предметами, но косметики ни на одной из них не было.

Нацтер в стороне что−то объяснял одному из организаторов церемонии. Видимо его указания были ценными, так как тот время от времени кивал головой, выдавая редкие короткие фразы.

Потом, подойдя ко мне, Нацтер сообщил:

− Нам отводится место справа от трона. Мы должны быть там, через две минуты начнётся церемония.

− Тогда идём, − согласилась я.

Все спешили занять свои места. Волнение в зале возросло.

Седой старец с длинными кудрявой бородой, стоявший у самой двери, вдруг поднял руку, и все замерли. Прекратилась беспокойная ходьба бесчисленных ног и шелест платьев.

Двери распахнулись бесшумно. Я затаила дыхание.

Первыми вошли в зал король и королева. Они грациозно под торжественный гимн дошли до золотого, обитого по краям красным атласом трона, и остановились.

Оба были одеты в королевские мантии с золотистыми и чёрными пятнами – под леопарда, с воротниками из алых – у короля и белых – у королевы, перьев. Король сел на трон и принял правой рукой от подданного символы королевской власти: державу. Другой подданный возложил на его голову алмазную корону. Королеве вручили меч, и она осталась стоять по правую руку от супруга. На их лицах и лицах подданных застыло выражение торжественного ожидания.

Я старалась ни о чём не думать, боясь глупой мыслью нарушить величие и красоту церемонии. Всё чаще мой взгляд обращался к открытой двери. Двери, за которой через весь коридор пролегала зелёная ковровая дорожка с широкой золотой каймой по краям. Именно по ней минуту назад шла королевская чета, а теперь медленно и грациозно в сопровождении танцующих балерин в белых пачках, танцовщиц в длинных платьях, а также двух нарядным мальчиков – пажей, шествовал принц Иштер.

Гимн, наконец, закончился, и в этот самый момент в зал вбежали первые танцовщицы. Все захлопали в ладоши. Когда появился принц, аплодисменты стихли, люди зашевелились в почтительном поклоне. Поклонился Нацтер, когда брат поравнялся с ним, затем я.

Принц одарил нас мимолетным взглядом, избегая в этот торжественный момент оказывать кому−либо больше внимания, для этого всегда будет другое место и время.

Понять, что он чувствует, мне было сложно, но думаю, он гордился собой не меньше, чем я им.