− Знаю, ты не хочешь, чтобы нас застали врасплох. У нас масса автоматики, которая обязательно просигнализирует о любых проблемах.

Нацтер пожал плечами.

− Не доверяю я этим устройствам.

− Если ты заболеешь манией преследования или подслушивания, я перестану тебе доверять.

− Хорошо, − бойко ответил Нацтер, отодвигая подальше наушники, − тогда я побежал «заморить червячка».

− Удачной охоты! – бросила я вслед.

Вскоре паренёк скрылся в пищевом отсеке. Я представила, как он роется в холодильнике, в вакуумном шкафу среди изобилия продуктов в поисках чего−то необычного, и весёлая улыбка скользнула по моим губам. И исчезла, когда взгляд застыл на смотровом экране. Всюду, где хватало взгляда, мелькали искрами бессчетное количество всевозможных космических судов. Одни из них исчезали, уходя в сверхсветовой режим полёта, другие ползли медленно, третьи мчались, словно падающие звезды в августовскую ночь на Земле.

Перед тем как отправиться спать, я заметила, что неприятного цвета кучка исчезла. Мысленно порадовалась, что мне не придётся наводить здесь порядок.

Затем заглянула в каюту Нацтера. Мне казалось, он давно должен спать, но его постель была заправлена и пуста.

Я растерянно огляделась. И чем был занят мой друг? Прождав несколько минут, я, задумавшись, прошлась по его комнатке. Вещи аккуратно разложены по полочкам и закреплены магнитными лентами, вокруг не пылинки, но воздух… в нём был посторонний запах, запах сырой земли с добавлением каких−то пряностей.

Затем я вышла и направилась в столовую. И там Нацтера не было. В отсеке «личной гигиены» тоже было пусто.

Спросив у компьютера о местонахождении мальчика, я удивилась и испугалась одновременно, получив ответ такого содержания: «В шлюзовом отсеке замечено присутствие двух существ». Причём при дальнейшем выяснении оказалось, что второе существо на данный момент идентификации не поддаётся.

Сердце кольнуло от недоброго предчувствия, и я бросилась проверять полученные данные. По пути вытащила из скафандра бластер, проверила заряд парализатора.

В шлюзовом отсеке было темно и подозрительно тихо.

− Нацтер… − шёпотом позвала я и, дождавшись, когда включится освещение, огляделась.

Три катера ожидающе замерли, словно преданные собаки, готовые служить по первому зову хозяина.

− Нацтер, − позвала я погромче, − выходи, зачем ты прячешься?

− Я не прячусь, − отозвался паренёк, но появиться предо мной не спешил.

Я торопливо пошла на голос.

Он сидел на корточках у шасси одного из катеров, и казалось, был недоволен, будто его оторвали от великих дел.