− Неужели? Ох, насмешил, – сквозь смех проговорила я. Гневные искорки, блеснувшие в его глазах, рассмешили меня ещё больше. – Ты что−то слишком много болтаешь.

− Это правда…

− Так я тебе и поверила! Великий храбрец, считающий за честь убить беззащитного ребенка, безнадёжно влюблён… Какая трогательная история! Извращенец!

Я с отвращением посмотрела на Татхенгана и, прицелившись, выстрелила ему в лоб. Секунду спустя он умер.

Глава 26

Глава 26

Я отвернулась: пусть его душа мчится по чёрному тоннелю навстречу со своими грехами. Далеко ей вряд ли удастся уйти. И если через пару минут он будет уже в аду, я вырву его оттуда, чтобы вновь ввергнуть в жизнь. Я могу, конечно, подождать и дольше – его тело безжизненно и на него вряд ли позарятся свободные бестелесные сущности, бороздящие пространство вселенной в поисках полноценной физической оболочки и жизненной энергии. Но Белый Астероид уже на виду и его правая сторона, попавшая в солнечную зону, сияет, как гранёный алмаз наивысшего качества.

Крылатый оранжево−чёрный паук превратился в сплошное кровавое пятно. По мере того, как я продолжала смотреть на свою жертву, паук проявлялся всё чётче, огнестрельная рана уменьшалась пока, наконец, внутреннее черепное давление не выплюнуло наружу серебряную пулю. Татхенган дернулся и открыл глаза. Его лицо исказилось в мучительном переживании воскрешения.

− Понравилось? Согласен ли ты быть мне мужем в болезни и здравии, в радости и горе, пока смерть не разлучит нас?

− Если ты этого хочешь…

− Всю жизнь мечтала выйти замуж за труп. И только когда, разлагаясь, он начнёт портить воздух, можно не открывать окна для проветривания, а оживить его. Или ещё лучше, спрятать в шкафу его скелет, который при необходимости можно воскресить и демонстрировать гостям, расхваливая его достоинства. Весело, правда?

− Что ты собираешься делать?

− Догадайся с трёх раз.

Кажется, он воспринял мои слова слишком серьёзно.

− Оставишь меня умирать на астероиде?

− Ответ неверный! – я тут же выстрелила ему в колено. – Я пока только собираюсь приземлиться.

Татхенган мужественно корчился от боли. Его терпению можно было позавидовать.

− Тебе… − прерывистое дыхание мешало ему говорить, − надо−ест изде−еваться надо мной.

− Ошибаешься! Тебе удалось разбудить во мне зверя, так что мучить тебя я буду долго.