Он не шелохнулся, когда я проверяла, связаны ли его руки. Он не был мёртв, всего лишь без сознания.

Не желая тянуть время, я взялась за спинку кресла и покатила умирающего к шлюзовому отсеку. По пути надела скафандр и, взяв запасной баллон с кислородом, продолжила путь.

Обвязав паучьего султана тросом, я начала спускать его в его будущую могилу. Я, конечно, могла просто сбросить его вниз и улететь, но чувство мести не желало удовлетвориться такой казнью, оно требовало нечто изощрённого.

Я опускалась рядом с неподвижным телом, мне нужно было, чтобы Татхенган встал на ноги, если он случайно коснется поверхности любой другой частью тела, то выпрямить его будет не в моих силах.

Всё получилось. Благодаря тому, что астероид удерживал атмосферу, и, причём давление воздуха понижалось на сорок атмосфер каждые тридцать сантиметров от поверхности, поэтому любое тело могло находиться в вертикальном положении. На уровне человеческой головы воздух был сильно разряжен, дышать им можно, но недолго. Вот поэтому я решила пожертвовать баллоном воздуха.

Пока я надевала на Татхенгана баллон, успела заметить, что рана на его ноге исчезла, похоже он успел умереть, пока я его сюда спускала. Что ж нет необходимости вновь его убивать, чтобы выполнить задуманное.

Вскоре он дёрнулся и открыл глаза. Быстрым движением я надела ему кислородную маску и разрезала веревки на руках. Здесь он был не опасен, как дитя.

Через несколько секунд сознание окончательно вернулось в воскрешенное тело, и надо было видеть, какой ужас мелькнул в его глазах. Заметив меня, свободно стоявшую в нескольких шагах, его страх сменился облегчением, словно он обрёл надежду на спасение.

С трудом ему удалось протянуть руку к маске и снять её – это было необходимо, чтобы говорить.

− Лануф, не оставляй меня…− в разряжённом воздухе слова казались растянутыми.

Ожидая ответа, он вынужден был надеть маску.

− Как тебе обстановочка? – поинтересовалась я.

Мне было удобно говорить, не приходилось каждый раз снимать шлем: в скафандре был предусмотрен способ общения не только с помощью рации.

− Тебе холодно, дорогой? Через несколько минут здесь будет жарко.

− Ты… собираешься распылить меня на атомы?

− А что тебя не устраивает? Ты же собирался издеваться надо мной всю жизнь. Или думаешь, я была бы в восторге, нося в своем чреве татхенганчиков?

− Ты же не знаешь, как бы мы жили. Я никогда не обидел ни одну из жён, – ему не хватало воздуха.

− Меня не волнует, как ты обходился с ними, они были обречены, но со мной ты связался зря!

− Ты не должна меня уничтожать. Ведь из−за тебя моя планета останется без повелителя.