— Что? Ещё кушать хочешь?

Вместо ответа, звук «Гроздьев рябины»[49] заполнил комнату.

Незнакомые инструменты. Иное видение песни. Кажется, есть такое слово умное — аранжировка. Но узнаваемо. Как же узнаваемо! Как же до боли знакомо! Песня из плей-листа родителей. Так больно, что нет сил бороться.

Ира медленно положила поющую раковину на прикроватный столик и упала на постель, сжав зубы. Бесполезно. Струны рвались одна за одной, слёзы лились не переставая, вымывая страхи и напряжение последних дней. Она и не представляла, какой ком у неё вырос внутри души. Музыка шла по кругу, пока её сознание полностью не очистилось. Пришло понимание, как глубоко она старалась погрузиться в чужие проблемы, лишь бы только не скучать, не срываться в тоску. Как страшно было думать, что ничего не выйдет из её затеи.

Отплакав своё и почувствовав прилив спокойствия, задумалась. Что изменилось? Ничего. Покровители, чьё заступничество может оказаться недолгим. Новые друзья, к которым можно вернуться, чтобы начать всё сначала, если попытка не удастся. И надежда. Это то, что есть наверняка. Материальные блага она уже давно считала крайне непостоянной вещью. Сегодня есть, а завтра растащили, как её припасы во время зимнего похода, или отобрали, как одежду, когда попала в плен к дайна-ви. Беречь надо, безусловно, но стоит считать, только пока можешь дотянуться рукой. Ничего не поменялось. Только комка тревоги в груди больше не было. Как там говорил виконт: «Иногда они поют не то, что мы хотим, а что нам надо»?

Поводив лицом по подушке, Ира протянула руку и взяла раковину, положив рядом с собой на одеяло.

— Спасибо, малыш.

Пошарила по прикроватному столику, взяв с тарелки очередной кусочек фрукта, и медленно опустила на сочащееся слизью тельце. Раковина закрываться не спешила. Нежно проведя пальцем по краю, Ира сказала:

— Ты замечательный. И как только виконт согласился тебя отдать? Знаешь что! Я назову тебя Куплетиком! Нравится тебе? И ещё мы с тобой не будем путешествовать в коробке. Там темно, неприятно и наверняка больно бьётся при тряске. Хотя откуда я могу знать, что нравится моллюскам? Но мне бы не понравилось. Мы что-нибудь обязательно придумаем! Что скажешь, Куплетик?

Раковина медленно закрылась, и когда Ира взяла её в руки, то показалось, что она стала теплее, чем раньше.

Как-то после обеда Иру окликнул Дэкин, сообщив, что её хочет видеть король. Она почувствовала подъём сил. Наконец-то! Началось движение, и скоро уже они отправятся в путь! Скорее бы!

Встреча была назначена в одной из дальних комнат, где она с удивлением обнаружила не только короля, но и тану, его двоюродного брата, барона Бирета и Мерини. Передёрнув плечами от неожиданности, она поздоровалась и встала в стороне, ожидая начала разговора. Стоять в полной тишине под пристальными взглядами было неприятно.