–Твою душу убьют, как только я окажусь на острове. Ты знаешь это и готова пожертвовать душой ради него? – не понимал её выбора полководец, хоть так долго его ждал.

–Не только! – засияла Леро, как от Солнца. – Я хочу, чтоб другие художники не встречали меня в своей жизни! Быть может, их судьбы станут не такими похожими…

***

Своя женщина принесла любовь, чужая – удовлетворение…

Судьба – соблазнительница, но она невинна и не искушена. Да, невинный соблазнитель, так бывает. С этим смиряются.

То, что предначертано, не может быть судьбой, ведь судьба переменна, от того и велика, а предначертанное это лишь предсказуемая низость.

Когда веришь предсказаниям, веришь, что в определённый момент времени ты обязательно совершишь то, что предначертано, и, не важно великое это или простое, ты начинаешь вкушать вседозволенность. Ты лезешь и в огонь, и в воду, творишь всё, что пожелаешь, зная, что ничего с тобой не случится, пока предначертанное не коснётся твоей жизни. Обычно, у человека одна в семь лет по-настоящему опасная для жизни ситуация, но, когда в жизнь вмешиваются пророчества, опасностей становится больше.

–И что? Нет выбора?

–Нет, выбор есть – либо верить, либо нет. Не все исполняют пророчества, не всем дано остаться именно тем человек, которому дано свершить задуманное или выдуманное судьбой.

Кто-то ведь считает, что судьба это, когда все тысячи лет человечества заранее были предрешены. Нет, это не так! Судьба это выбор, и она бы застрелилась, если бы каждый шаг в мире был предначертан…

Художник рассказал Анастасии всё, не скрывая деталей. Поделился и значимым и сокровенным. Каждое слово и поступок объяснил…

Она видела его горе, оно было искренним, болезненным, тягостным, поглощающим свет. Впервые убили его душу, его творение. Убили на глазах! Она желала разделить с ним все мучения, но как? Испытать не могла того же. Винить себя тоже не получится.

Тем более, душа Леро – его любимая душа, и это задевает…

Обнять ещё способна и обняла. Что-то надо сказать и сказала:

–Нас никто не найдёт, если я сама не приглашу! Не переживай за наш Рай художник, мы будем вместе всегда…

Всё сказала честно, ни в чём не ошиблась, как пророк, но слова лишь немного согрели.

Художник думал о другом: «Возможен ли конец в двенадцатой главе?! А он то знал, что ещё как возможен! Возможно ли, что у Данучи шесть фрагментов жизни, и кровь на полотне это его конец? Возможно! Конечно, возможно, ведь он и до этих фрагментов увидел не мало! Или это всё невозможно?».

Каждый может что-то ожидать, но жизнь состоит не только из ожиданий.