Однако, с каждым шагом в сторону Алуара, уверенность покидала его, а стыд пожирал обугленное сердце.

Художник был полностью пропитан кровью их народа, точнее, своего народа. Кровь начинала засыхать на теле и одежде и создавала неприятный образ – такие не спасают мир.

Взгляд Алуара, не отрываясь, жалостью сверлил художника, но тот отводил глаза. Взгляды народа были переполнены всеми известными страхами. Данучи позволял им заглянуть в его глаза, заплывшие от покаяния. Его взгляд их немного успокаивал, но, выронив этот взгляд, начинаешь смотреть на образ, а образ его пропитан кровью!

–Зачем ты пришёл? – встретил его Алуар резкой фразой.

Было заметно безоружным взглядом, что ему неприятно общество родного сына, не смотря на жалость, которую испытывал к нему.

–Я прекращу эту войну навеки, отец! – заявил Данучи громко, чтобы все его услышали и перешёптывались этой фразой с соседними ушами.

–Я не верю тебе, сын. Ты снова мне лжёшь!

–Я вспомнил всё! Я вспомнил всю свою жизнь! – закричал художник в ответ, как безумный. – Я знаю, почему лишился рук и, желая убить тебя, погубил весь город! Я помню, почему ушёл из дома и помню, почему в него вернулся…

«Нет, не делай этого, сын!» – таких слов ждал от Алуара, когда произносил последнюю фразу, но тот не оправдал и ответил:

–Поступай, как считаешь нужным! Твой народ примет любое твоё решение!

Остановил слова и добавил, подняв два пальца вверх:

–Я верю, что проснулся ты от беспробудной иллюзии и готов остановить бойню, но не лги себе, что ты настолько велик, чтобы превратиться из марионетки в кукловода!

Это был вызов, такими словами, просто так, не бросаются.

–Настолько велик! – ответил Данучи, лишившись всех остатков скромности.

Вновь гордыня перекрыла стыдливость, хоть на мгновение, но всё же. В творцах вечная борьба, сколько бы они не жили, сколько бы не побеждали самих себя, сколько бы не сдавались в свои собственные лапы.

–Я не верю тебе, художник, – с улыбкой молвил Алуар.

–Понимаю, – ответил Данучи с предельным спокойствием. – Ты лишил меня рук, я лишил нас семьи, но я докажу, что не всё потеряно! Выход есть, хоть он и один. В прошлый раз я напоил тебя отравленной надеждой, в этот раз можешь не надеяться на меня, ведь яд не выветривается. Я пришёл не за твоей надеждой, хоть она и ценна…

–Зачем же ты пришёл, Данучи?

–Попросить прощения.

–Мне прощать тебя не за что, зла на тебя не держу, как запустил его в себя, так и выпустил.