Но и на этот раз Риксу удалось удержать своих воинов. Он собрал людей и произнес перед ними большую речь, воздав должное доблести своей армии, потом сосредоточился на неожиданном для кельтов качестве, без которого победа становилась сомнительной.

— Вы сумели победить себя и принять дисциплину, — кричал Верцингеторикс. — Вы сумели сохранить спокойствие и порядок, заманивая римлян в ловушку. Теперь они попробуют проделать то же самое с нами, но мы их перехитрим. Ответьте мне: какая польза для паризиев, если они сейчас уйдут домой? Как бы быстро они не двигались, к тому времени, когда они доберутся до берегов Секваны, все сражения давно закончатся. Дайте себе труд подумать, не поддавайтесь мгновенным настроениям! Сумейте обуздать свой характер, как всадник обуздывает норовистую лошадь. Скоро нам снова предстоит битва с Цезарем! Не с его командирами, а именно с самим Цезарем. Вы должны оставаться со мной, если хотите победить в битве за свободную Галлию! Какие бы победы мы не одержали, главная победа — впереди, когда на поле боя сойдутся Гай Цезарь и Царь Воинов!

Поначалу я удивился, услышав от него такое свое официальное прозвание, но потом понял, что с воинами следовало говорить именно так. Он опять сумел воодушевить их. Они опять кричали до хрипоты и колотили копьями о щиты. Даже после того, как узнали о победе Цезаря на севере, они не потеряли веру в Верцингеторикса.

— Он великолепен! — восхищался Ханес. — Он может сделать что угодно!

Разделавшись с паризиями, Цезарь приказал четырем легионам прибыть в постоянный лагерь на земле лингонов. Им надлежало пополнить запасы продовольствия и оружия, после чего идти на соединение с главнокомандующим в земли сенонов.

Восстание эдуев оказалось очень серьезным. По возвращении на родину Литавикк был встречен в Бибракте, главной крепости эдуев, как герой. Главный судья племени назвал его братом. Приказав легионам ждать в лагере в полной готовности, Цезарь занялся дипломатией, пытаясь восстановить отношения с князьями эдуев, но они решительно отвергли эти попытки. Эдуи грабили римские поселения на своих землях, и очень скоро вошли во вкус: еще бы! замечательные римские товары доставались им даром. Наша победа в Герговии воодушевила их, поэтому они не захотели говорить с посланцами Цезаря. Но он пока не оставлял надежды договориться с эдуями миром, и не спешил нападать. Ему очень нужны были припасы, и он опасался, как бы эдуи не начали уничтожать провиант, как уже случалось в других землях. Цезарю предстояло выбрать из двух вариантов: он мог уйти в Провинцию или пойти на север. Он выбрал второй. Во главе четырех легионов он пошел к сенонам.