Онуава и я смотрели друг на друга. Я больше не чувствовал желания поколотить ее. Мне хотелось ее изнасиловать!

Пожалуй, такое желание овладело мной впервые. Просто раньше я не сталкивался с женщинами, созданными для завоевания. На ней словно стояло клеймо: «Сделано для завоевателя». Она вызывала во мне настолько противоречивые чувства, что я решил в будущем держаться от нее подальше. Наверное, это будет непросто, ведь теперь-то она точно пойдет с нами.

Глава тридцать шестая

Глава тридцать шестая

В Герговии оставался крупный гарнизон, и все равно наша армия, уходившая на земли эдуев, насчитывала около тридцати пяти тысяч человек, включая новобранцев из южных племен и личную гвардию Рикса, состоявшую исключительно из арвернов. За нами следовал обоз, старавшийся не отставать от основных сил. Онуава ехала с обозом. Позже я узнал, что она уговорила жен других воинов сопровождать ее. Ханес тоже был с нами. Проиграв битву с Онуавой, я долго уговаривал Рикса взять барда и, в конце концов, убедил. Уж если в фургонах нашлось место для жены короля, то и для его личного барда должно найтись.

Войдя в земли эдуев, мы сразу заметили перемены. Прежде всего, исчезли римляне. Повсюду встречались сгоревшие и разграбленные дома с галльскими штандартами, развевающимися над руинами. Мы встречали только кельтов. Если где и оставались римские торговцы или чиновники, на глаза они не попадались.

На ночь мы разбивали лагерь. Мне больше не приходилось делить шатер с Ханесом, поскольку обозы шли далеко позади. Теперь моим соседом стал Котуат. С ним мне было спокойнее. Правда, он неизменно интересовался результатом моих частых отлучек в шатер Рикса. Не было никаких результатов. Мне нечего было советовать Риксу. Он и без меня прекрасно знал, куда и зачем идет. Но возле своего душевного друга мне было как-то теплее. От него исходило ощущение силы, собравшей племена воедино и удерживавшей их вместе.

Перед воротами Бибракте нас встретил Литавикк. Оставив командиров обсуждать военные дела, я отправился в священную рощу эдуев. Там располагалась самая большая школа друидов в Галлии. Ее значение умалялось по мере роста римского влияния, но теперь молодые люди снова приходили сюда, знакомились с основами учения друидов и учились устанавливать связь с Источником. Местные друиды встретили меня с радостью. С приходом Цезаря Ордену грозило полное исчезновение, а теперь они надеялись на возрождение. Пришлось напомнить им, что битва за свободу Галлии еще не завершилась.

— Нам понадобится вся наша мудрость, магия и сила, — сказал я им, — и даже этого может оказаться недостаточно. Цезарь не может позволить себе потерять Галлию. Его репутация в землях латинян рухнет, не говоря уже о его личной судьбе. Он будет сражаться с нами, как ни один враг не сражался раньше, и я хочу отдать всю силу Ордена Верцингеториксу.