– Тораэлла – маленькая колония, здесь каждый на виду, а новички – в особенности. Можно присесть? – мальчишка кивнул на скамью.

– Окажи мне честь, – автоматически кивнул Остара. Собственно, почему бы и нет? Что еще остается живому мертвецу, кроме как убивать время бесцельными разговорами? – Ты местный? Я имею в виду – постоянно здесь живешь?

– Нет. По делу заглянул. – Мальчишка опустился на скамью, вытянул длинные ноги, закинул руки за голову и задумчиво уставился в звездное небо. – Кстати, меня зовут Май. Май Куданно. Рад знакомству.

– Радость взаимна.

Какое-то время они сидели молча.

– Ты так и не можешь найти себя в новой жизни, господин Остара… – наконец нарушил тишину Май. – Когда ты проснулся? Полгода назад?

– Да. Почти ровно восемь периодов стандартного времени. А ты?

– Я?.. – мальчишка озадаченно почесал кончик носа. – Ну, можно сказать, что восемь лет назад.

– И чем ты занимаешься с тех пор?

– Разным. Дороги и мосты строю, в основном. Я ведь инженер.

– Завидую, – вздохнул Остара. – А я так и не знаю, куда приткнуться. Не нужны здесь, оказывается следователи контрразведки. Ни контрразведки нет, ни даже шпионов, если не считать проклятых инопланетян. А чем еще заняться, скажи на милость?

– У тебя впереди вечность, господин Остара. Почему бы тебе не научиться чему-то еще? Ты можешь стать ученым-физиком или поэтом, выдающимся кулинаром или резчиком по дереву… а?

– Не хочу, – бывший следователь СОБ пожал плечами. – Неинтересно. Раньше я ловил шпионов и чувствовал, что кому-то нужен. А сейчас? Здесь даже с голода не сдохнешь.

– А что тебе говорят Наставники? Они же должны предлагать варианты…

– Да чтоб их перекорежило, Наставников твоих! – озлился Остара. – Что они понимают? Смотрят своими рыбьими глазами так, словно насквозь видят, а толку-то? Нелюди они. Как они могут мне, человеку, что-то предложить?

– Они искины.

– А? – поразился бывший следователь. – Чоки?

– Нет. Искины. Искусственный интеллект никак не связан с человекообразностью, хотя куклами они действительно управляют – для простоты взаимодействия с людьми. Да и «искусственными» их назвать сложно. Они не менее естественны, чем биоформы, просто на свет появились иначе. Корректнее называть их небиологическим разумом, небами.

– А откуда ты знаешь про них, господин Май? – Остара подозрительно посмотрел на собеседника. – Они же никому про себя не рассказывают. Я многих спрашивал. Может, ты и сам такой чоки… искин?

– Новое знание дается тем, кто готов его принять. Кто уже увидел новую дорогу в будущее или хотя бы обрел мир внутри себя. Для подобных тебе неприкаянных душ оно бессмысленно. Только озлобит еще сильнее. Ну, узнал ты об их природе, и что дальше? Легче стало?