Достаточно нового слова, и сразу же забывает обо всём на свете.

– Об этом потом, – пообещал я. – Вы почему свистели, а?

Рыжая театралка закатила глаза, затем откинула голову назад, будто лишалась последних сил.

– Аша, скажи им!

– В реке чудище! – выпалила волшебница.

***

– Я, когда услышала вопль Хани, обернулась, – продолжала Аша. – Вижу: смотрит на нас, точно толстяк на сладкое. Я сразу же свистнула, как ты просил, Фил! Чудище давай к нам, орёт что-то. Мы же – на сушу.

По всей видимости, она взяла на заметку моё «свистите», не поняв пошлой шутки. Вот и славно, я уже трижды пожалел о ней.

– Ох, мы же почти голые, – смутилась рыжая, – а ну, живо закройте глаза!

Жора с таким усердием сжал веки, что у бедняги лицо покраснело. Я прикрыл ладонями глаза, но так, чтобы краешком видеть волшебницу. Каюсь, стыдно! Но ничего не мог с собой поделать.

К сожалению или к радости, Аша стояла спиной. Крепкие, подтянутые ножки, округлые ягодицы, тонкая талия и… спина, испещрённая свежими шрамами. В это мгновение я жаждал разорвать Искара на части. Как он посмел так измываться над девушкой?!

Спустя минуту нам разрешили открыть глаза.

– Милорд, вы обиделись из-за моей просьбы? – полюбопытствовала Хани, удивлённо смотря на меня.

– С чего ты взяла?

Я удивился тому, насколько мой голос звучал резко, даже враждебно.

– У вас челюсть скрипит, аж страшно становится, – поджала губы Хани. – Или вы на чудище злитесь?

– Конечно же, на него! – не растерялся я. – Как оно посмело помешать ванным процедурам спутниц графа Девиера!

Рыжая убрала со лба мокрые волосы и кивнула.

– Тогда проучим его хорошенько.

– С радостью! – отозвались мы с Фонарём.