Дени Исмаилович улыбнулся и неторопливо (а это для него нехарактерно) проговорил:

– Есть величие в этом воззрении, по которому жизнь с ее различными проявлениями Творец первоначально вдохнул в одну или ограниченное число форм; и между тем как наша планета продолжает вращаться согласно неизменным законам тяготения, из такого простого начала возникло и продолжает возникать бесконечное число самых прекрасных и самых изумительных форм.

И все вдруг обрело совершенно противоположный смысл.

Дени Исмаилович, может быть, опасался нас и понимал не слишком-то хорошо, но он старался. А это так много! И это трогает меня до глубины души!

Если так подумать, я лично знаю только двоих экспатов, и оба они – хорошие люди. И оба стараются нас понять.

Может быть, в Космосе вовсе не так негостеприимно и страшно, как нам всегда говорят?

Ответа у меня пока что нет, но скоро я его найду.

А сейчас я смотрю на город внизу, на бескрайнее и удивительное небо, затянутое мутной, слепой поволокой, наступившей после заката. Теперь небо не красное, оно успокоилось и гаснет. Черными и фиолетовыми кажутся травы, все быстрее и быстрее темнеют камни, но свет еще не ушел окончательно.

Вот кто-то мелькнул вдали! Может, это мышка или ежик! Наверное, мышка.

Я думаю, как там Николай Убийца. Хотя мы, конечно, оставили ему достаточно еды и попросили Эдуарда Андреевича за ним приглядеть, что-то мне подсказывает, что у Эдуарда Андреевича полно более важной работы, чем наш бедный еж.

А вообще я пишу все это потому, что природа оказала на меня благотворное влияние. Я ощущаю некую связь со всем что вижу. Наверняка об этом писали поэты, философы и даже ученые.

Но мне двенадцать, и я открываю это чувство впервые.

На мой взгляд, оно очень человечное. Созерцание делает нас частью мира, в котором мы живем, а быть частью целого – это то, о чем я всегда мечтал.

Надеюсь, когда-нибудь все люди, которые только существуют во Вселенной, смогут почувствовать то, что сейчас чувствую я. Для того чтобы все в мире могли это ощутить хотя бы в один единственный момент, нигде и никому не должно быть больно, голодно или страшно.

Может быть, это невозможно, но теперь я еще больше хочу ради этого постараться.

Запись 181: Идиот

Запись 181: Идиот

Как только я мог не заметить! Как мог не догадаться! Как мог не подумать об этом ни единого раза!

Как я мог быть настолько наивным? Почему ничего не сделал? А сейчас уже поздно!

Я кое-что узнал, но теперь не могу сказать всего, ведь я еще не принял решение. Оно довольно важное, поэтому ничего говорить прямо нельзя.