– Я пришла помочь, – испуганно прошептала Кэрри, поставив лампу на пол.
Медленно поднявшись и держась за стену, Деметра посмотрела на нее недоверчивым взглядом.
Нервничая, Кэрри чарами создала флягу с водой и чистые бинты и просунула их через прутья решетки.
– Я не могу тебя выпустить, – сказала она, чувствуя вину. – Решетка зачарована таким образом, чтобы поглощать светлую магию. И исцелить тебя не могу, иначе он узнает.
– Как ты стала светлой, Кэрри? – хрипло спросила Деми, не обращая внимания на жалкие подачки.
Кэрри ухватилась за прутья, заметив при этом, как блеснуло ее кольцо на свету.
Она вспомнила тот день так явно, будто бы все произошло вчера.
«Он же тебя убьет, пожалуйста, пойдем со мной, – упрашивала она мать, стоя в гостиной их маленького коттеджа в Хэксбридже. – Я нашла работу в Эмайне, денег с нее хватит, чтобы нам двоим снять комнату…»
«Жить в комнате, на Нью-Авалоне? – переспросила ее мать. – И что от этого изменится, Кэрри? Что изменится? Мы так и останемся нищими, совсем без ничего. Это ведь мой дом, доставшийся мне еще от отца…» – «Тогда выгони Пита отсюда! Давай обратимся в полицию или еще куда-нибудь!»
«Я не могу, Кэрри. Просто не могу…»
Вернувшийся отчим услышал последние слова и, замахнувшись стеклянной бутылкой, приказал Кэрри выметаться. Кипя от бессильной злобы, не в состоянии дать отпор, она наскоро покидала в чемодан свои вещи и уже через пару часов бродила по Эмайну в поисках нового жилья.
Она наткнулась на совсем дешевую старую ночлежку, в которой арендодатель согласился выделить ей комнату и повременить с оплатой до первого заработка. Так Кэрри и поселилась в Эмайне.
В один из вечеров, уже привычно вынашивая планы мести Питу и глядя на клубящийся под потолком сигаретный дым, она заметила надпись, выглядывавшую из-под отошедшего клочка старых обоев, чуть прикрытую шкафом.
Не удержавшись от любопытства, она потушила сигарету и аккуратно оторвала отошедший кусок.
«Азурия Старлинг» – было мелко написано мелом на кирпичной стене. Кэрри подцепила кирпич ногтем, и он выпал ей под ноги. А вслед за ним, тихо звякнув, упало
И только почти год спустя в ее комнатку постучала хорошо одетая леди. Она представилась Юфемией Лайз и попросила звать ее Мией.
«Я хочу осмотреться, если ты не возражаешь, – сказала она. – Когда-то давно здесь жила моя мать».
Кэрри разрешила ей, и леди долго ходила по комнатушке, внимательно оглядывая каждый дюйм стен. А когда ее взгляд наткнулся на клочок оторванных обоев и неровно вложенный обратно кирпич с надписью, она очаровательно улыбнулась и оставила свою визитку.