– Совсем забыл, – проговорил он, улыбаясь. – Ведь я приготовил тебе подарок.

Книга загорелась ярким огнем, осветив всю камеру и капли крови, смешивающиеся с водой на полу.

– Нет, – выдавила Деми, глядя на то, как книга падает вниз и пламя охватывает все страницы полностью.

– Никто тебе не поможет, – проговорил Коул и вышел, оставив ее наедине со страхом и болью.

* * *

Кэрри Райнер находилась в «Хранилище № 2», когда услышала крики, доносившиеся снизу. Она сразу поняла, что Коул добрался до своей сестры. И это значило, что, возможно, хотя бы на одну ночь она сама останется в безопасности.

Однажды он уже ударил ее, накануне Самайна, когда Кэрри сказала, что не хочет никого убивать. Она пришла к Мие с синяками на лице, но та не сказала ей ни слова, будто вовсе ничего не заметив. Пришлось срочно залечивать их, чтобы иметь возможность присутствовать на празднике.

С появлением Коула она быстро усвоила, что все обещанные покровительницей привилегии были лишь приманкой. Если Кэрри отказывалась подчиняться, то ее заставляли делать это силой и угрозами.

И все же, уже ночью, она долго ворочалась на неудобной постели в одной из келий, понимая, что с Деметрой Лоренс произошло что-то страшное.

Им понадобилось бы несколько дней, чтобы вывезти из Ордена все ценное, пока Эмайн продолжали контролировать верные новой правительнице люди. После этого Мия планировала переселить Деми в темницу под дворцом, в которой она находилась бы вплоть до момента суда. А чем закончился бы этот суд – пожизненным заключением или казнью, – Кэрри не знала. Она ничем не могла помочь своей бывшей подруге.

Или… все же могла?

Борясь с угрызениями совести, Кэрри оделась и тихо выскользнула из кельи. Немного заблудившись в коридорах с табличками, она смогла выйти к дверям хранилищ и оттуда уже спустилась к камерам. Возле них не обнаружилось охраны – никого, кроме Деметры, там не содержали, а решетки были специально зачарованы таким образом, чтобы легко поглощать светлую магию. Раньше в них сажали провинившихся членов Ордена.

Еще на лестнице она услышала тихий плач.

Кэрри сняла с крючка масляную лампу и пошла мимо камер, всматриваясь и пытаясь отыскать единственную узницу.

Деми Лоренс съежилась в углу одной из них, прижимая ладонь к окровавленной щеке. Она выглядела ужасно. Ее черные волосы висели спутанными прядями, а лицо было в крови и синяках. Когда она отняла руку от щеки и подняла на нее взгляд, Кэрри увидела чудовищный длинный порез, проходящий чуть ли не через всю левую половину лица.

– Надеюсь, хоть ты меня убьешь, – тихо выговорила она. – Не говори, что тоже пришла повеселиться.