Я не остановился и не сбавил хода. Мои спутники запрыгнула в тот же вагон, что и я. Пробегая мимо Кристины, Гор крикнул:

– Твой поезд следующий.

А затем двери поезда закрылись. Дочь ледяных объятий продолжала смотреть на меня через стекла, сжимая обледеневшие пальцы. Она стояла недолго, пока встречный поезд не пришел на вторую платформу, и тогда девушка повернулась к нему. Наш состав тронулся, и я не увидел, села Кристина в вагон или нет. Если она отправится в Лабиринт, то переживет ли его? Возможно, что нет. Но по крайней мере сейчас она осталась жива, и я хотел поблагодарить за это Рене:

– Спасибо, что не отдал приказ.

– Не благодари, парень. Ты был уверен в себе, а я нет. Лишь это определило исход беседы, – ответил мертвец, а поезд нес нас к пункту назначения.

ГЛАВА 5. ГЛАЗ БУРИ

ГЛАВА 5. ГЛАЗ БУРИ

Мы вышли из метро в центре мегаполиса и увидели пропитанное нефтяными облаками Хорна небо. Огненные столбы света над двумя небоскребами пробивали пелену тьмы и, подобно зареву пожара, окрашивали серость города оранжевым сиянием. Буря крутилась вокруг огненных колец, окружавших маяки, но не могла пробиться сквозь них… Маяки не позволяли Древнему богу разорвать связь с Лабиринтом, поэтому половина его души все еще оставалась внизу, среди плененных братьев и сестер. Как только язычники погасят огни Иерусалима, Хорн завершит воплощение, и тогда, чтобы утолить голод, он «съест» город.

Мы спешили к одному из небоскребов. Рене давал последние указания по защите маяка. Он был встревожен – небесный свет угрожал всем мертвецам; из-за сияния мои братья потеряли силу и больше не могли телепортироваться. Мертвые братья даже не могли поднятья на крышу – живой огонь их просто сжег бы. Я же, напротив, чувствовал, как пламя Иерусалима разжигало уголь в душе, и рвался наверх. Со мной был готов пойти Алексей Георгиевич, но Рене возражал – он не доверял старику. Это не останавливало начальника службы безопасности, который живо интересовался ритуалам изгнания: что нужно конкретно сделать, чтобы избавиться от восставшего бога?

– Убить или прочитать заклинательные молитвы. Сорок раз «Живый в помощи вышнего»14 или другие воззвания, которые почувствует Хранитель. И вообще, это его епархия, пусть сам решает, как крестить неверных, – отвечал неизвестными афоризмами Рене.

Книга «Псалтирь» с молитвами все еще лежала в моем кармане. Рене говорил правду: я чувствовал, что когда поднимусь наверх и разверну книгу, нужные страницы сами откроются передо мной, и я прочту начертанные слова, которые разрушат языческий ритуал. Я находился в воодушевлении ровно до тех пор, пока не раздались первые выстрелы, оповестившие о штурме небоскреба язычниками.