М-Бола, испытавший это средство по совету масая, решил, что оно годится и против колдовства дьяволов. Жители родной деревни, расположенной неподалеку от заречной саванны, подняли его на смех. Какой-то дурацкий корень против дьяволов - это было просто потешно! Ведь и ребенку ясно, что против колдовства можно бороться только другим, не менее сильным колдовством. Но М-Бола остался при своем мнении и взял корень мбуго на вооружение. И убедился, что корень хорошо помогает!

- Твое место в Сорбонне, М-Бола, я еще раз убедился в этом, - одобрительно сказал Анри, - так вот, мой дорогой экспериментатор, если дьяволы начнут колдовство, мы понюхаем твой корень и немедленно удерем. Обещаю тебе это. А за поход в заречную саванну ты получишь двадцать пять фунтов. Двадцать пять фунтов, М-Бола! Это большие деньги. На них можно купить много-много вещей и хорошего виски.

М-Бола тяжело вздохнул:

- М-Бола любит приносить домой подарки. Виски - тоже хорошо. Но у него есть дети. - Они трижды отмерил рукой от земли, показывая, какие это дети. - Кто будет заботиться о них, если М-Бола не вернется? Что будет делать Ния, когда останется одна?

- Ния?

- Мать моих детей, бвана, - пояснил африканец.

Анри медленно достал из кармана пачку сигарет, но

в последний момент передумал и не стал закуривать:

- Ты любишь свою Нию? Она у тебя хорошая?

М-Бола оживился:

- Хорошая, бвана.

Анри усмехнулся:

- Чем же она хорошая?

- Всем, бвана! - убежденно сказал африканец. - Ты бы сам так сказал, если бы ее увидел. Она сильно радуется, когда я возвращаюсь и приношу подарки, и вкусно готовит пищу. Я люблю смотреть, как она пляшет у костра и поет песни. А еще мне нравится, как она кормит детей, бвана. У нее большая грудь, вот такая! И много-много молока. Она могла бы выкормить и львенка.

Анри все-таки закурил. Как всегда, в темноте сигарета показалась безвкусной. Интересно, знает ли М-Бола, что такое любовь? Нежная любовь, которую вырастили европейцы в средневековье и воспели поэты? Конечно, не знает. И тем не менее любит свою Нию. Для того чтобы любить, вовсе не обязательно получать университетское образование и знать поэзию.

- А у бваны есть жена и дети? - вдруг спросил М-Бола.

Анри совсем не удивился этому необычному вопросу.

- Разве я не мужчина? - неопределенно ответил он.

Ему не хотелось врать. Врать неприятно даже африканцу. Не было у Анри ни жены, ни детей. Какая может быть семья у вечного странника? Правда, у него была подруга. Она жила в Париже и была довольно известной журналисткой. Когда Анри приезжал на родину, Симона брала отпуск и проводила его с ним.