- Я еще никогда не говорил так серьезно, Жерар.

- Почему бы вам не обратиться к настоящим специалистам, Анри? Я ведь всего лишь любитель-дилетант.

- Любитель, труды которого печатает академия!

- Это была случайность. А потом, я ведь энтомолог, а вы ведете речь о каком-то звере.

- А ваши занятия змеями? А коллекция грызунов?

- Ну, мой друг, должен же я заполнять чем-то часы отдыха! Для любви я уже стар, от политики убежал, к вину пристраститься не успел. К тому же какие же это звери - грызуны? Так, зверюшки. А судя по тому, как вы трясетесь над саквояжем, в нем лежит по меньшей мере новый вид льва или носорога.

Анри потер ладонью лоб и передернул плечами, прогоняя воспоминания:

- Нет, Жерар, в саквояже лежит всего-навсего грызун. Он в неважном состоянии, Жерар. Его нужно изучить и описать без промедления.

- Тогда не будем терять времени!

Анри положил руку на саквояж:

- Одна просьба, Жерар. Я хотел бы сохранить в тайне все, что касается этого зверька. Это одна из многих причин, которые мне не позволяют обратиться к «настоящим» специалистам.

Кашен в немом вопросе высоко поднял брови.

- Я потом все объясню вам, Жерар. Впрочем, вполне возможно, что объяснения и не понадобятся.

Глаза Кашена смеялись.

- Мне приходилось встречаться с людьми, имена которых надо было хранить в тайне, но впервые сталкиваюсь с такой ситуацией в мире грызунов. Уж эти мне искатели алмазов! Грызуны и тайна - это выше моего понимания. Впрочем, это ваше дело, Анри. Итак?

Анри кивнул, расстегнул саквояж, извлек оттуда большую, по меньшей мере трехлитровую, банку и осторожно-торжественно водрузил ее на стол. Ка-шен тотчас придвинул банку к себе. Он сделал это довольно энергично, отчего у Анри вырвался непроизвольный испуганный жест. Кашен засмеялся:

- Я смотрю, для вас эта банка и впрямь дороже алмазов. Великолепный сосуд, просто чудо!

- Если бы вы знали, Жерар, каких трудов мне стоило его достать, вы немедленно бы перестали зубоскалить.

- А какой дряни вы туда налили?

Анри тяжело вздохнул: