— Господа, — сказал Скавронский, — как проехать к резиденции генерал-губернатора?

— Ково?..

— Слышат! — воскликнул Адам. — Они вас слышат!

— Три тысячи чертей! — согласился гусар.

В прекраснейшем расположении духа они прибыли к Лешиному дому. Вселившись в кошачье тело, Адам разбудил задремавшего Лешу и при помощи компьютера объяснил ему ситуацию.

Леша оделся и спустился вниз. Кота на всякий случай он взял с собой в переноске.

Военный совет был стремителен и прост: нанести визит Эвке и, пользуясь ее безумием (не всякая дама выдержит появление в спальне гусара в черном доломане), узнать все о Кожедубове-Кожемякине.

Гусар беспокоился, что не сумеет правильно произвести дознание, но Адам пообещал быть с ним и подсказывать нужные вопросы. Леша ждал результатов на улице.

Как и следовало ожидать, любовница убийцы чуть не спятила.

— Да не знаю я ничего! Мало ли кто ко мне ходил! — кричала она, не желая слушать примет любовника, а от его фамилии и вовсе отмахиваясь руками. Наконец гусар сам, без подсказки, догадался замахнуться саблей, и тут Эвку прорвало.

— Да никакой же он не Кожедубов и никакой не Кожемякин! Зовут его Эльмар, фамилия — Дубожецкий!

— Я его убью! — воскликнул Адам, хотя убить Столешникова было уже невозможно.

— Где проживает? — спросил гусар.

— За рекой, за бывшим ипподромом, там кварталы частных домиков! Там он! У него там дом!

— Сомнительно, чтобы у преступника был собственный дом, где он живет открыто, — сказал Адам гусару.

— Врешь, — сразу же перебил Эвку гусар.

Как и следовало ожидать, дом принадлежал не Дубожецкому, а женщине, которую Эвка считала его женой. Женщину эту она видела и дала точные приметы.

Больше от нее сведений получить не удалось.

Адам с гусаром поспешили к Леше.

— Идем искать, — решил Адам. — Не так там много этих домишек. Пройдем по спальням. К тому же, нам почти известен номер автомобиля.