Гусар повторил эти слова.

— Сейчас вызову такси, — сказал Леша. — Вы-то по воздуху можете, я с переноской не могу.

— Встречаемся у моста. Я постараюсь притащить туда брата Альбрехта и этого кретина. Мало ли что — должны быть люди на подхвате, — ответил Адам. — Господин Скавронский, найдите там эту девицу, Гретхен. Может, и она на что-то сгодится.

Полчаса спустя вся команда была в сборе — Леша с котом на такси, гусар на кобыле, с Гретхен на крупе, причем девица обнимала его за талию весьма шаловливо, брат Альбрехт с бочонком и Адам со Столешниковым, которого он крепко держал за шиворот и клял последними словами.

— Господин Столешников, — сердито спрашивал Адам, — откуда у вас в дурной голове взялась фамилия Кожедубов или же Кожемякин? Объясните наконец, зубастые бесы бы вас сожрали!

— Так сам же я его видел, сам с ним говорил! — испуганно отвечал Столешников.

— Оставь, чадо. Оставь, тебе говорю! — брат Альбрехт удержал кулак Адама своей огромной ладонью. — Он пригодится! Сам же говорил — он видел злодеев!

Шофер такси и так был озадачен ночным седоком с переноской, которому зачем-то потребовалось в полночь быть на мосту, — уж не кота ли собрался топить? Но когда он увидел в окошко гусара на лошади, причем гусар был в легчайшем серебристом сиянии, а лошадь, перебирая ногами, зависала в воздухе чуть ли не на полминуты, — так вот, шофер, кое-что слыхавший о призраке, встреча с которым чревата падением в реку, рисковать не стал, а выскочил из машины и с криком понесся прочь.

— Вот ведь дурилка, — сказал Леша. — Ну, ладно, машину мы ему потом вернем, водить я умею. Что дальше-то?

— Гретхен, господин ротмистр, и вы, несчастный, — этак Адам обратился к Столешникову, — кидайте пуговички в автомобиль господина Воронина. А ты, брат Альбрехт…

Положение было смешное — потрепанная ряса монаха пуговиц не имела вовсе, и он побожился, что штаны под рясой тоже держатся всего лишь на веревочке.

— Пояс! — воскликнул Адам. Действительно, брат Альбрехт был опоясан чуть ли не корабельным канатом.

Но снять с него этот канат было невозможно — монах брыкался и уворачивался, как девка от пьяного солдата.

— Перестаньте, Боннар! — крикнул ротмистр. — Лучше возьмите у него бочонок и киньте в повозку. И никуда он не денется.

— Так помогите же!

Вдвоем управились с братом Альбрехтом, бочонок закинули в такси, и монах, стеная, полез туда же. К нему присоединился Столешников — не просто так, а посредством хорошего пинка под зад. На переднее место села Гретхен, радуясь, что хоть рядом побудет с симпатичным следователем, а Адам забрался на крышу и ухватился за антенну.