После многих лет незримости и неслышимости обрести вид, обрести голос — да это же для призрака счастье несказанное. Теперь можно являться людям, заводить разговоры! А не выслушивать в многотысячный раз истории из монастырского житься брата Альбрехта!

Дубожецкий, ничего не поняв, сделал еще выстрел — а больше патронов в пистолете не было.

Отшвырнув оружие, он побежал по тропе, проскочив сквозь Адама, как сквозь облачко пара.

— Воронов! Господин Воронов! Сюда, скорее! Он безоружен! — кричал Адам. — Не пугайтесь только — меня теперь видеть можно! И слышать!

— Поздравляю, — сказал гусар. — Искренне и от всей души поздравляю.

Тут-то и раздался голос брата Альбрехта.

— Чада неразумные! Погоня!

Оказалось, сообщники Дубожецкого после его бегства, ругаясь, разболтали про тайник в багажнике. Они сообразили, куда должен направить грешные стопы главарь, и решили — за свою долю награбленного стоит побороться.

— Там у соседа в сарае стояла страшная колесница, и они про нее знали. Сейчас сарай взламывают, — доложил брат Альбрехт. — Ф-фух! Пивка бы!

— Надо предупредить господина Воронина!

Лешу поймали вовремя — он покидал такси, собираясь преследовать Дубожецкого.

— Один на один я его заломаю, — сказал Леша. — Тем более, что он расстрелял боезапас. Но с тремя все-таки не справлюсь.

— Как себя чувствует мой кот? — спросил Адам.

— Полегчало коту. Я ему туда лечебного корма насыпал, он поел.

— Выпустите его.

Леша с любопытством посмотрел на Адама.

Он, общаясь с незримым помощником при помощи кота и компьютера, представлял себе сыщика немного иначе — не таким плотным, с другой прической и, конечно, без холеных подкрученных усов, необходимой принадлежности щеголя в 1898 году.

Адам усмехнулся.

— Втроем справился, — пообещал он. — Вот и господин Скавронский поможет. Он как саблей замахнется — всякого ужас проймет.

Леша выпустил кота и огладил его.