– Можешь подать легкие закуски и прохладительные напитки: обсуждение проблем господина Риальто не займет у нас много времени, он очень скоро нас покинет.

– Даже не надейтесь на это! – возразил Риальто. – Я проведу здесь столько времени, сколько потребуется. Приффвид, принеси все лучшее, что найдется у тебя в буфете.

Ильдефонс выпрямился в кресле:

– Риальто, вы позволяете себе высокомерно распоряжаться моим камердинером – и, если уж на то пошло, моим буфетом!

– Неважно. Объясните, почему вы меня ограбили. Мажордом Фроль не преминул мне сообщить, что вы были предводителем разбойников.

Ильдефонс ударил кулаком по столу:

– Вымысел! Вопиющая ложь! Фроль искажает факты и вводит вас в заблуждение.

– Как же вы объясняете эти примечательные события, которые я, несомненно, представлю на рассмотрение Арбитра?[8]

Ильдефонс моргнул и надул щеки:

– Разумеется, у вас есть такая возможность. Тем не менее вам следует знать, что все юридические требования скрупулезно соблюдались, во всех деталях. Вас обвинили в конкретных нарушениях, свидетельства рассматривались публично и в установленном порядке, и ваша вина была признана только после того, как конклав выслушал все доводы в вашу защиту. Благодаря моим усилиям и аргументам вашего защитника, Хаш-Монкура, размеры наказания были сведены к минимуму, оно носило чисто символический характер и относилось только к вашему имуществу.

– Символический характер? – возмутился Риальто. – Вы обчистили меня до нитки!

Ильдефонс поджал губы:

– Должен признаться, я заметил отсутствие сдержанности, проявленное некоторыми пострадавшими сторонами, – они действовали вопреки моим возражениям.

Риальто присел за стол и, откинувшись на спинку стула, глубоко вздохнул, пытаясь избавиться от охватившего его ощущения изумленного непонимания происходящего. Приподняв длинный аристократический нос, он взглянул на Ильдефонса свысока и ласково спросил:

– Кто предъявил мне обвинения?

Ильдефонс задумчиво нахмурился:

– Многие. Гильгад заявил, что вы избили его любимца, домашнего симиода.

– Так-так. Продолжайте.

– Зилифант обвинил вас в халатном обращении с плазмами, которое привело к уничтожению его редкостной харкизады с Канопуса.

– Кто еще?