Обсудить игру с единомышленниками было приятно и даже немного воодушевило меня, но продвинуться в игре не помогло.

Пообедав спагетти алио-олио (с тигровыми креветками и бокалом калифорнийского зинфанделя), я решаю заняться непонятными символами, которые Дарла с товарищами обнаружили в «Зомпокалипсисе».

Включив консоль, я скачиваю игру и быстро нахожу скрытую комнату, следуя указаниям Дарлы.

За их изучением проходит несколько бесплодных часов, но в итоге я бросаю это занятие и иду в комнату, где падаю на кровать лицом вниз.

А минуту спустя уже проваливаюсь в сон без сновидений.

Просыпаюсь я в абсолютной темноте.

Присев, я ищу телефон, чтобы узнать время, но его нигде нет. Видимо, остался в гостиной.

И тут меня охватывает какое-то странное чувство.

Я понимаю, что сижу в собственной спальне, – но что-то не дает мне покоя.

Из окна льется тусклый свет, выхватывающий из тьмы знакомые силуэты: старое кожаное кресло, найденное на улице в первые дни после переезда, высовывающаяся из шкафа корзина для белья, забитая до отказа. Под жалюзи серебрится полоска лунного света, потому что они слишком короткие и не закрывают окно до конца. Да, это точно моя спальня. Но что-то с ней не так. Может, снова проблема в воздухе?

Сон постепенно оставляет меня, и чувства становятся острее и четче. Тогда я понимаю: дело не в воздухе.

Нет, тут что-то совершенно другое – я чувствую это всем телом. И, как бы странно это ни звучало, мне совершенно не хочется включать свет.

Потому что меня охватывают страх и восторг одновременно, и это чувство я не могу упустить.

…С самого детства меня преследует любовь (читай: одержимость) ко всему, что выходит за рамки человеческого понимания. И речь не только о сверхъестественных явлениях наподобие призраков, экстрасенсорики и НЛО, но и о религии, астрологии, мифологии. Я до сих пор помню свои эксперименты с досками Уиджа, спиритическими сеансами и призывами Кровавой Мэри у зеркала, но ничего паранормального со мной так и не произошло.

Как же мне хотелось встретить настоящего призрака. Убедиться, что они действительно сущест- вуют.

Но с возрастом стало понятно, что призраков и экстрасенсов на самом деле нет, и моя одержимость тайнами и загадками реальной жизни постепенно начала угасать.

Но полностью она не исчезла. В ночь аварии с Энни и Эмили что-то произошло.

Мы будто бы оказались в другом мире.

Точно такое же чувство охватывает меня и сейчас – и я, выбравшись из постели, шагаю в кромешную тьму коридора.