Комда подняла руку и щелкнула пальцами. Сегодня она не собиралась ни с кем делиться. Тем более с ним. Она не хотела еще на месяц задерживаться в каменном городе и собирать энергию по частицам, словно пересыпая щепотками соль из одного мешка в другой. Поэтому, не раздумывая и не колеблясь, словно муху, сбросила Тресс с горы. Когда с одним из конкурентов было покончено, она медленно пошла вперед. Комда остановилась на самом краю ровной площадки. Внизу сквозь рваные края облаков она видела розовые сады тайры. Впереди, каменными громадами возвышались горы. Дальше и чуть правее простирались леса. Именно туда ей предстояло отправиться завтра утром.

Солнце, наконец, поднялось выше, и она увидела то же, что уже больше месяца назад показывал ей Йяццу. Лучи скользнули сквозь ущелье в горах, пролетели через сады и осветили гору. Свет заставил Хайбун засверкать яркими бликами, а женщину зажмуриться. Она почувствовала тоску и боль, как вчера в саду, когда играла в память об Озгуше и обо всех тех, кого потеряла за долгие годы странствий по Вселенной. Чувства были обострены до предела. Ей не нужно было прикладывать особых усилий, чтобы слышать все звуки, знать все мысли не только людей, но и любых живых существ. Она позволила Хранителю на какое-то время взять верх над человеком.

Старик Готоба всю дорогу, пока поднимался к храму, думал о Комде. Эта женщина вела себя с ним самым неподобающим образом и с каждой минутой раздражала все больше и больше. Даже вчера вечером, когда вместе с остальными паломниками и Посвященными устраивался на отдых, он продолжал вспоминать об их утреннем разговоре. Старик позвал к себе Кёрая и принялся сердито отчитывать его:

— Почему ты промолчал, когда она оскорбляла меня?

— Я не заметил, чтобы она сделала что-то подобное.

— Она обозвала меня стариком!

— Простите, учитель, но разве это не так?

Готоба, не обращая на слова Кёрая никакого внимания, продолжал:

— Я заметил, что вы все время переглядывались. Ты прочел ее мысли?

— Нет. Я пытался, но не смог этого сделать. Она, как и все остальные из их отряда, обладает способностью блокировать телепатию.

— Я взял тебя с собой только ради этого, а ты не справился с возложенной на тебя задачей!

— Приношу свои извинения, учитель Готоба. Смею заметить, что вы тоже поступили не самым лучшим образом, когда бесцеремонно прервали ее игру.

— Подумаешь, прервал игру! Всегда можно начать заново!

Кёрай молчал, опустив голову. Он уважал и любил своего учителя. Тот взял его на воспитание, когда он был совсем мальчишкой. Не старше маленького Гидо. Сколько всего ему пришлось пережить из-за своих необычных способностей, но учитель всегда и во всем поддерживал его, заменил и отца, и друзей. Кёрай так и не смог ни с кем сблизиться по-настоящему. Все его силы отнимало служение Клану Терпения и его адепту. Но иногда даже он недоумевал, почему Великий Учитель именно Готобу назначил на столь высокую должность. Старик не отличался каким-нибудь особым терпением или смирением. С годами Кёрай понял, что, благодаря вздорному и ершистому характеру Готобы, все окружающие невольно становились добрее и терпеливее, учились смирять себя. Может, именно в этом и заключался замысел Великого Учителя? Мужчина приподнял глаза.