— Наверное, жалуется на меня. Я сказала, что сегодня мы покидаем Хайбун, вот он и решил поделиться обидой со своим другом.

Мужчина в ответ улыбнулся. Он прекрасно понимал Гидо. Когда сам Кёрай был ребенком, ему тоже хотелось иметь друга. Такого же большого и сильного, как Раст. Мужчина и мальчик все еще шептались, когда колокольчик зазвонил второй раз. В дверях появился Мстив. Он быстро оценил ситуацию и опустился на коврик около стола напротив Кёрая.

— Комда, если можно, налей мне тоже травяного напитка. У тебя он получается особенно хорошо!

Затем появился Йяццу. Он поздоровался со всеми сразу и тоже опустился на коврик около стола. «Все собираются и всем хорошо вместе. Как она сказала? Скоро ко мне придут друзья? Похоже, что это действительно так». Кёрай все еще обдумывал последнюю мысль, когда дверь распахнулась, и на пороге появился адепт Готоба. Его лицо было бледным, а брови нахмуренными.

— Я рад, что вы не покинули наш город без меня. Хотя повод для бегства у вас был. Вы, наверное, слышали, что наш камень опустел? Его энергия испарилась самым странным образом!

Мужчины переглянулись, ошеломленные столь странным обвинением. Один Мстив продолжал сидеть совершенно спокойно. Он медленно поднес чашку ко рту и сделал небольшой глоток. Комда ответила:

— Сожалею, адепт Готоба. Кёрай сказал мне, что на празднике весеннего равноденствия произошло что-то из ряда вон выходящее. Если вы думаете, что мы виновны в произошедшем, поищите свою потерю под столом или, скажем, в комнате. Все, что найдете, можете забрать с собой.

Готоба перевел свой раздраженный взгляд с женщины на Кёрая и спросил:

— И ты здесь?

Комда, не обращая внимания на плохое настроение старого адепта, продолжила:

— Прошу вас, присаживайтесь. У меня и для вас найдется чашечка.

Готоба круто развернулся в дверях и вышел вон. Через секунду, оборачиваясь на ходу, в комнату вошел Тресс. Он удивленно спросил:

— Старик чуть не сбил меня. Что случилось?

— Адепт потерял важную вещь и пришел искать ее у нас. Кёрай, я вижу, что ваш учитель уже отдохнул. Тогда не будем задерживаться. Нам пора в путь. — И уже другим тоном, спокойно и по-деловому она обратилась к своему отряду: — Выходим через час. Встречаемся внизу у подножья горы. Там, где впервые вошли в город. Кёрай, Гидо хотел проводить нас. Не отказывайте ребенку в его просьбе, тем более что…

Женщина не стала продолжать, но мужчина понял, что она хотела добавить: «Тем более что мы больше никогда не увидимся».

* * *

Путешественники, негромко переговариваясь, стояли около нижней ступени каменной лестницы. Не было только Комды и адепта Готобы. Старик появился первым. Он шел вместе с Кёраем, продолжая на ходу что-то сердито говорить своему ученику. Тот в ответ кивал, чуть склонив голову и не поднимая глаз на учителя. За руку Кёрай вел Гидо. Ребенок выглядел печальным и тихим. Он увидел пришельцев и радостно улыбнулся. Но улыбка тут же потухла. Люди стояли в дорожных костюмах и с рюкзаками за плечами. Старик подошел и только собрался возмутиться отсутствием Комды, как женщина появилась словно ниоткуда. Только секунду назад на этом месте было пусто. Платья в ее гардеробе опять сменил летный комбинезон, а красивые волнистые волосы были собраны в строгую прическу. Наступил момент прощания. Мужчины по очереди пожали Кёраю и Гидо руки. Последним к ребенку подошел Раст. Он поднял мальчика, прижал к себе и что-то тихо сказал. Когда мужчина опустил ребенка на землю, Кёрай заметил, что малыш сжимает в кулаке какую-то вещь. Подняв голову вверх, Комда в последний раз посмотрела на серо-голубой город. Снизу он напоминал сказочный дворец. Женщина вздохнула и сказала: