Оэ-но Готоба положил его в специальное углубление на крышке коробки и встал. Это послужило началом церемонии. Движение пошло с дальнего круга. Люди раздвинули ноги и развели руки в стороны, прежде чем влиться в общий хоровод и начали первое движение. Комда насчитала три различных упражнения, которые плавно перетекали одно в другое. Когда все они были проделаны несколько раз, наступила очередь Посвященных.

Они опустились на землю, сложили ноги и подняли вперед руки. Со стороны казалось, что они обнимают большой столб, выходящий из земли и заканчивающийся в небе. Это упражнение сменило следующее, столь же медленное, но требующее огромной сосредоточенности. Пот струился по лицам людей, но они не прерывались. Последним в этот странный, волнообразный обряд, вступил адепт Готоба. Он взмахнул руками и быстро задвигался вокруг камня. Его ноги описывали дуги, а руки словно ловили что-то и отбрасывали к камню. Женщина заметила, что камень темнеет. Из бледного, почти белого он становился голубым, приближаясь цветом к топазу. Через несколько секунд это был уже сапфир. Темно-синий и яркий, как ее глаза.

Видно было, что старый адепт устал, но он продолжал совершать движения до тех пор, пока солнце не достигло зенита. Его лучи проникли сквозь отверстие в каменном куполе храма, отразились от камня, разделились на отдельные лучи и, словно звезда, рассыпались по полу. Готоба в изнеможении опустился, скорее, даже упал на каменный пол храма. Остальные последовали его примеру. В этот момент Комда встала во весь рост, вытянула вперед левую руку и тоже чуть прикрыла глаза. Камень стал светлеть прямо на глазах. Вот он приобрел голубой цвет. Еще чуть-чуть — и он стал бы белым, но в этот момент женщина опустила ладонь. На ее лице появилась довольная улыбка. Трансформация на этот раз протекала удивительно быстро и заняла всего лишь миг. В образе птицы она взлетела с крыши храма. Сделала круг над ним и спикировала вниз. Уже погружаясь в туман облаков, она услышала единый скорбный вздох, который издали люди на вершине горы.

Глава 39

Глава 39

Кёрай зря мучил себя вопросами, на которые у него не было ответов. Он ничего этим не добился, просто довел себя до сильной головной боли. Мужчина вместе с другими участниками церемонии вернулся с вершины горы только сегодня утром и еще не видел пришельцев. Зато хорошо помнил слова Комды о том, что они решили покинуть Хайбун на следующий день после равноденствия. Адепт Готоба лег отдохнуть, и Кёрай получил немного свободы. Он понимал, что старик устал не из-за привычного восхождения и спуска с горы.