Когда зрение восстановилось, я обнаружил себя лежащим на больничной койке, опутанным проводами и трубками, мокрым от пота с часто колотящимся сердцем и ясным сознанием.Кажется, я и впрямь вернулся к действительности. Теперь я – это я, Павел Кравцов в теле своего племянника. Тоесть я и есть этот племянник Павел Смирнов. Тьфу, совсем запутался с этими переносами сознания. Вот, что значит, пришёл в себя, а там никого нет.

Услужливая память всплывала волнами, быстро перелистывая страницы воспоминаний. Застоявшаяся кровь начала пульсировать в сосудах и погнала тепло во все закоулки тела. Я смотрел, слушал, чувствовал, наслаждался, хотя моё невыгодное положение всё-таки мешало чёткости мысли.

Скосив глаза, я разглядел попискивающий следящий монитор, ритмично моргающий огоньками. Рядом с ним в стене виднелась красная кнопка срочного вызова.

Пошевелив сначала руками и ногами, я прислушался к ощущениям, потом повертел туловищем и чуток приподнялся. Кажется, всё нормально, но жутко затекли спина и шея. А раз всё нормально, то пора возвращаться к жизни. Слишком много дел накопилось, чтобы валяться, как чурка деревянная. Нажать красную кнопку не составило труда.

Я спокойно лежал и ждал кого-нибудь из персонала, медсестру или врача. И он явился, да, не один, а с двумя сёстрами, которые таращились на меня, как на привидение, вернее, на выходца с того света. Что, кстати, было недалеко от истины.

– Владимир Анатольевич, смотрите какие показатели! Не может быть!

– Анечка, быстро тащи кардиограф, – выслушав сердце и лёгкие, проговорил врач, – Света, что с давлением?

– Сто двадцать на семьдесят

– М-да-а! – врач схватился за подбородок, – а ну-ка, сними повязки!

От этих слов я слегка напрягся, поскольку по опыту знаю, что отдирание присохших к ране бинтов – одно из любимых развлечений медиков и разновидность изощрённой пытки для пациентов. А ещё хитрые врачи, ласково заглядывая в глаза, всегда спрашивают: дружище, где болит? А потом именно туда и безжалостно давят.

– Ой, Владимир Анатольевич, смотрите, послеоперационные швы совсем исчезли! – потрясённо проговорила медсестричка, слегка заикаясь. Другая так и не вышла из ступора и стояла столбом, разинув рот.

– Та-ак. Давление отличное, на ЭКГ абсолютная норма, дыхание ровное, цвет кожи и слизистых – лучше не бывает. Тургор прекрасный. Почему-то мышечная масса и рост увеличились. Ничего не понимаю. – Врач морщил лоб и задумчиво кусал губы. – Надо смотреть анализы, но навскидку он здоров и даже более того. Света биохимию и клинику крови и мочи в лабораторию по цито! Готовьте УЗИ и рентген, – и он, наконец, вгляделся в мои глаза. Слава богу, а то я подумал, что они всё это время говорили о ком-то постороннем. – Как вы себя чувствуете?