Вика зевнула.

— Ты спишь? — пробормотала она, с трудом удерживая Максима в фокусе — глаза, как и голос, уже почти отказывались ей подчиняться.

Максим не ответил, только перевернулся во сне и зарылся в Вату, как в одеяло. Вика взбила сахарное облако, чтобы придать ему форму изголовья, откусив напоследок кусочек импровизированной подушки.

Меньше чем через минуту они крепко спали.

Белый флаг

Белый флаг

В акварельно-голубом небе беззаботно кувыркались растрепанные клочки облаков, а их двойники кружили по гладкому зеркалу воды, повторяя каждое движение своих небесных братьев. Это была их излюбленная игра — традиция, которой они никогда не изменяли; в Абсолюте это знал каждый младенец, но более прагматичные жители мира Максима и Вики называли это отражением — явление хорошо изученное и поэтому малоинтересное. Увы, люди так устроены, что упрямо не хотят замечать чудеса даже там, где они действительно есть, стремясь всему найти объяснение с точки зрения науки и логики.

На землю упала лохматая тень, и вслед за ней на поляну, крадучись, вышел ее хозяин. Им оказался крупный белый кот. Он двигался абсолютно бесшумно, хотя вокруг не было ни души — только несколько пестрых бабочек лениво порхали над цветками лугового клевера, да упитанный толстощекий бурундук деловито обрабатывал только что найденный орех. Кот сделал шаг. Полосатый грызун поднял голову, но, увидев темный силуэт незнакомца, бросил недоеденный обед и с испуганным писком юркнул в свою норку.

Энергет вышел на середину поляны и напряженно втянул носом воздух. Кончик хвоста у него едва заметно подрагивал, выдавая его волнение. Удостоверившись, что опасности нет, он повернул голову и негромко мяукнул — это был условным сигналом для Кэтти.

— Ну, что там? — нетерпеливо прошептала она.

Что-то хрустнуло, упало и покатилось по земле. Энергет замер, прислушиваясь, но виновницей шума оказалась всего-навсего безобидная сосновая шишка.

— Все чисто, — ответил Флэйк, — Можно идти. Держись рядом со мной. Не отставай.

Кэтти огляделась. Река в этом месте делала петлю, огибая пологий холм, на котором, утопая в зелени, красовался старинный замок. Но сейчас в этом пейзаже, который она знала как свои пять пальцев и без труда могла нарисовать по памяти, было что-то новое. Что-то странное, зловещее, угрожающее. Было очень тихо, и на тревожные мысли наводила эта тишина.

— Страх… — прошептал Флэйк, — Страх разлит в воздухе. Все вокруг пропитано им — вода, небо, и даже песок под моими лапами. Страх и отчаяние.

— Ты тоже чувствуешь?

— Я вижу. Твои способности слабее моих, а я, к тому же еще и энергет, а энергеты особенно тонко ощущают эмоции и настроения. Здесь все отравлено страхом. Даже ты почувствовала, — он нахмурился и озабоченно продолжал, — Ужас. Боль. И жажда мести.