Так что было делать? Улетать или же остаться и верить?

Снег падал вниз, покрывая собой черный пепел. Небо и ветер словно читали утешающую мантру, сквозь которую внезапно послышались торопливые шаги. Диас насторожился, улавливая, как кто-то приближался к нему. С каждой секундой чужое присутствие становилось все ясней. Сбитое человеческое дыхание уже было не скрыть за шумом природы. Чужак двигался уверенно, точно знал, что и где хотел найти.

Рок мави настороженно набычился, готовый встретить и друга, и недруга. И каково же было его удивление, когда, чуть не споткнувшись о корни деревьев, к нему выбежала Эрис. Сипя от нехватки воздуха, она, вся занесенная снегом, остановилась поодаль от него и уперлась ладонями в колени. Вид у нее был болезненный и уставший, но стоило ей поднять взгляд на оцепеневшего Шуго, как лицо озарила улыбка.

– Рада видеть тебя во здравии, Шуго рок мави… – сказала она и поклонилась ему, отчего ящеру стало не по себе. – Я здесь, дабы освободить тебя, Ди. Прости, что так долго…

Диас рвано выдохнул, и белесый пар вырвался из его пасти. Он в неверии медленно двинулся к сугор. Его ноздри тревожно задергались, стоило ему уловить ее запах. Не выдержав ожидания, ящер рывком преодолел разделяющее их расстояние, и Эрис тут же встретила друга крепкими объятиями. Она смеялась сквозь слезы, когда возбужденный их воссоединением рок мави урчал и рокотал без остановки. Шуго пыхтел, обдавая теплым воздухом замершую всадницу. Все было, как между ними раньше. Все, кроме одного.

– Ди, мы должны рассечь связь, – отпрянула от него мидирианка. – У нас будет совсем немного времени и только одна попытка, прежде чем Бривара поймет, что происходит. Но и тянуть мы долго не можем. Рен и ребята сейчас бьются с укротительницей ради нас, – девушка достала тесак и перевернула его рукоятью вверх. Черный коготь отразился в зрачках Диаса. – Как будешь готов призвать алую нить – подай знак.

Ящер взирал на останки Дрогеста, словно на святую реликвию. Собрав в груди все мужество, он наклонился ближе к Эрис и опустил веки. Из глубины себя он обратился к всаднику, и как по фитилю разожглась алая нить вокруг его шеи, и конец ее повис перед руками сугор. Ничто не мешало двоим, и мидирианка забылась в мнимой безопасности, позабыв об всякой осторожности.

Она взялась за пульсирующий светом поводок, расправила его и примерилась резать, но внезапная дрожь, пробежавшая по телу, смутила ее. Ласковый рокот рок мави стал басовитей и злее, его зрачки сузились, точно трещины змеиных глаз. Дыхание стало шумным, а мышцы надулись под чешуей, как у монстра, готового атаковать.