В этот момент со стороны двери послышалось шуршание. Словно кто-то скрёб ногтями по металлу, не решаясь постучать.

– Кадмил, – донеслось едва слышно. – Ты тут?

– Тут, – хрипло произнёс Кадмил. Горло, сорванное криком, саднило. – Что тебе нужно? Тебя послал Локсий?

– Я сама пришла, – Мелита помолчала. – Локсий отослал меня ночью в Эфес. С дурацким посланием для Орсилоры. Я не знала, что он тебя мучил. Как только прилетела – узнала, пришла сюда. Тут окошко… Оно открывается?

Зазвенел металл. Кадмил, постанывая, встал с подстилки и заковылял к двери. Квадратный лючок распахнулся с мрачным, подлинно тюремным лязгом. Снаружи, подсвеченное кристаллом-светильником, виднелось лицо Мелиты.

– Ты цел? – спросила она.

Кадмил шагнул ближе, щурясь на свет. Мелита присмотрелась, ахнула.

– Что он с тобой делал? – спросила она, плачуще скривив рот.

В спине стрельнуло. Кадмил поморщился. «Паршиво, должно быть, выгляжу. – подумал он. – Немудрено, впрочем…»

– Тебе необязательно здесь быть, – сказал он. – Ступай, а то Локсий хватится.

– Что он с тобой делал? – жалобно повторила она.

Кадмил фыркнул:

– Голова в этот раз на месте. Руки-ноги – тоже. И яйца не отрезали. Но, боюсь, яйца мне ни к чему, потому что тебя сюда не пустят. Иди, Мелита. Иди к хозяину, а то не поздоровится.

– Я... – она быстрым движением смахнула волосы со лба. – Я хотела быть рядом с тобой.

– Лучше будь рядом с тем, кто тебя обратил.

Мелита прикусила губу.

– Не говори так, – попросила она.

– Отчего ж? – стоять было тяжело, Кадмил протянул руку и опёрся на дверь. – Знаешь, здесь, кажется, можно говорить всё, что угодно. Это единственное преимущество моего положения.

– Кадмил, послушай... – Мелита приблизила лицо к окошку. – Ты, верно, думаешь, что я теперь – как Локсий. Буду вертеть всеми, как хочу, и ценить только власть. Думаешь: стала богиней – забыла тебя. А я не забыла. Я найду способ тебя освободить. Обещаю. Или сама узнаю, как всё тут открывается, или Локсия уломаю.

– Не нужно его уламывать, – буркнул Кадмил. – От него надо держаться подальше. Ты к нему приблизилась совсем ненадолго – и потеряла ребёнка. Я был рядом с Локсием всю жизнь – и посмотри на меня. Лгун, вор, убийца. Играю с людьми, как с куклами. Забыл собственных родителей. Единственное, что Локсий сделал хорошего – вернул мне человеческую натуру.