– Ты уверена?

– Вполне. – Надменно бросила Габи. – Моя дурочка поедет со мной.

– Смотри. – Беатрис с театральной нежностью пожала её руки. – Я тебя прикрою, но ты будь осторожна!

– Не сомневайся. – Ответила Габи и небрежно чмокнула её в щёку. – Я надеюсь на тебя!

Шторм со своими людьми приехал в Гармбург уже после братьев, как раз в тот момент, когда те вошли в ратушу. И быстро убедился, что кое-что необратимо изменилось. Человек, к которому Шторма направил Хозяин, сказав, что тот поможет ему, приютит и всё расскажет, перепугался до полусмерти. Мастер кожевенного цеха Тибальт, человек средних лет, даже, пожалуй, пожилой, богато одетый, с обширной и неровной плешью, делавшей его мясистое лицо ещё неприятнее, чем оно могло бы быть, встретил посланца дорогого друга Драйвера нервно и неласково.

– Простите, господин. – Пряча глаза от взгляда высокого эльдара, он говорил, то и дело теребя и дёргая пряжку ремня. – Но я сейчас никак не могу принять вас у себя. Лучше бы вам поехать за город, к сэру Кармайклу, а то здесь… Понимаете, они пришли прямо домой к ювелиру и убили его, среди бела дня… Страшно! Если кто-нибудь им донесёт, что у меня остановились пятеро полукровок и кватронцев… Понимаете?..

– Вполне. – Презрительно скривился Шторм. Он устал с дороги и очень хотел пить, но просить воды у этого слизняка не стал. Он презирал людей, и втройне презирал трусов. Не говоря больше ни слова, он вышел во двор, вскочил в седло и дал знак своим спутникам ехать за ним, ничего не объясняя. Они привыкли к его молчаливости и знали его резкость, поэтому просто поворотили усталых, покрытых пылью коней вслед за ним. До замка, а точнее, просто большого загородного дома сэра Кармайкла, однощитного рыцаря, они добрались уже к утру – Шторм плохо знал здешние дороги, и заблудился, а спросить ночью было некого. На постоялый двор он решил не соваться – уже знал, что Хлорингам знакомы его приметы, и не хотел, чтобы по округе потянулись слухи об светловолосом и темноглазом эльдаре, сопровождаемом одним полукровкой и тремя кватронцами. Он не боялся, он просто не хотел, чтобы его миссии что-то помешало.

Слухи здесь распространялись в мгновение ока: Кармайкл уже знал, что герцог Элодисский завёл интрижку с племянницей лесничего. Скабрезно хихикая, он начал рассказывать Шторму сплетни об этой семье, всячески расписывая внешность девушки: тощая, в драном платье, ни рожи, ни сисек… – но сник под холодным взглядом, не замечая ни тени интереса или хотя бы вежливой усмешки. Шторм, сидя напротив него за столом, молча пил вино и ел холодный мясной пирог, время от времени поглядывая на хозяина своими большими мрачными глазами эльфа, блестящими и бездонными, лишёнными всякого выражения. Хозяин поёжился, чертыхаясь про себя: вот ведь нелюдь проклятая! Но что верно, то верно: такому и младенца прирезать как два пальца обо… в общем, ничего не стоит.