Запаниковав, Сол поспешно нажала на тумблер, активируя свой антигравитатор, её подбросило вверх, и она с ужасом почувствовала, как ладонь Альтаира выскальзывает из её ладони.

— Стой, нет!

Сол сжала руку — но пальцы схватили лишь пустоту.

— Нет!

Кувырок — и остатки корабля вместе с Альтаиром исчезли из её поля зрения. Но она успела увидеть, что Альтаир зацепился каким-то шлангом за деталь обшивки корабля, — а в следующее мгновение с пронзительно яркой вспышкой фотонный двигатель «Нэвиса» аннигилировал, унеся с собой в небытие всё живое и неживое в радиусе полусотни метров.

— Не-ет!! Альт!

Она продолжала, кувыркаясь, лететь куда-то вверх, а, может, вниз. Озиралась по сторонам, вертя головой, насколько позволял скафандр. И с отчаяньем утопающего всеми фибрами души вцеплялась в одну-единственную мысль: что Альтаир успел оказаться вне зоны поражения.

Пыльная поверхность злополучного спутника мягко ударила по подошвам ботинок, заставив колени подогнуться, а её саму — повалиться на четвереньки. Превозмогая боль, Сол вскочила на ноги. Огляделась.

До самого горизонта — только безжизненный камень, покрытый точно оспинами, глубокими рытвинами кратеров. Повсюду — мелкая пыль, отливающая перламутром в резком свете солнца. Хорошо, что оно за спиной, — иначе слепило бы несмотря на многослойные светофильтры шлема.

Сознание примы, с безжалостной точностью рассчитало разделявшее их расстояние. Но впервые в жизни Сол не поверила очевидному, и вопреки логике и здравому смыслу, бросилась бежать — туда, где, по её расчетам, должен был прилуниться Альтаир. Не желая признавать, что расстояние слишком велико, что ей не одолеть его раньше, чем закончится кислород в скафандре, что лучше остаться на месте и поберечь силы, ведь когда помощь придёт, их обоих непременно спасут, — что такое жалкая сотня тысяч дециллионов для сверхлёгкого катера последнего поколения?

Солнце было позади, и впереди неё всё время стелилась длинная остро очерченная тень; тень волочилась по пыли, то ныряя в очередной кратер, то, взлетая на холм, — постоянно на шаг впереди, словно поторапливая, подстёгивая, подгоняя, не давая расслабиться ни на миг.

Не позволяя сдаться.

Но Сол и не помышляла даже о кратковременной передышке. Она рыдала, проклиная ни в чём не повинный «Нэвис» такими словами, какие прежде ни за что бы не дерзнула произнести вслух. Кричала, срывая голос, хотя и понимала: никто не слышит её крика. Забыв о стремительно нарастающей усталости, она бежала, карабкалась, плелась, ползла вперёд: зная, что Альтаир сейчас так же, как и она понимает, что им не успеть одолеть разделяющее из расстояние, — но всё равно бежит ей навстречу.