— Жак услышит сигнал, — твёрдо проговорила она, запрещая себе даже гипотетически представлять, что всё может оказаться не так. — Он прилетит за нами. На Йорфсе стоит твой катер. Жак знает, где.

Вместо ответа Альтаир крепко сжал её руку. И в этом нехитром жесте было всё — гораздо больше, чем можно было облечь в слова.

— Прилунимся и будем ждать, — заключила Сол. Серая, будто изъеденная молью поверхность безжизненного спутника Йорфса была всё ближе, но молчаливая поддержка Альтаира придала ей сил. — Нужно только…

Она не договорила: корабль тряхнуло, грузовой отсек открылся, и ящики с инфицированным вирусом порошком полетели вниз.

— Программа сброса груза активировалась! — испуганно ахнула Сол. — Но как… Я же всё отключила…

Коробки падали вниз — раскрывшиеся парашюты в безвоздушном пространстве не могли замедлить падение.

— Альт, эта консервная банка запустила самоликвидацию! — взвизгнула Сол, отчаянно стискивая штурвал. — И мне её не отключить! Алгоритм записан на параллельной ветке. Когда мы перезагрузили центральный процессор, это не затронуло параллельные логические цепи!

— А если их тоже отключить? Получится?

— Времени не хватит! У нас десять минут, Альт!

— Я поищу скафандры, — он скрылся в соседнем отсеке. Через полминуты оттуда донеслось его обрадованное восклицание: — Кажется, что-то есть!..

— В них кислорода мурр наплакал, — Сол критически осмотрела брошенный ей костюм. Впрочем, выбора у них не оставалось.

— Зато здесь есть встроенные антигравитаторы, — Альтаир помог ей застегнуть скафандр.

— Вижу.

«Нэвис» снижался. Серая каменистая поверхность луны была совсем близко.

— Не отпускай мою руку.

— Хорошо. Готова?

Они повернулись друг к другу — глаза в глаза. Стёкла гермошлемов мешали придвинуться ближе.

— Три минуты до аннигиляции.

— Прыгаем!

Крепко сцепившись руками, они уже были готовы шагнуть в темноту, — но в этот самый момент корпус корабля, повинуясь заданной ему программе, разделился на части.