— Нет! — Сол энергично замотала головой. — Даже если мы уроним корабль в океан, нет никаких гарантий, что частицы порошка не попадут в атмосферу. Летим на луну.

— С ума сошла? И как мы выберемся оттуда?

— У Жака есть ретранслятор, я ему оставила. Он должен засечь сигнал со спутника, расстояние позволяет. Жак может пилотировать корабль. Поднимет твой Эродиум и заберёт нас.

— А если твой Жак не увидит сигнал? — не унимался он. — А если он не прилетит? Ты готова рискнуть жизнью, доверившись десятилетнему сопляку?

— А ты можешь предложить иной вариант?! — Сол вышла из себя. — Этот корабль не должен попасть на Йорфс! Я сделаю виток вокруг планеты, чтобы отправить сигнал.

— Нелепица какая-то… — пробормотал Альтаир. — Я словно попал в дешёвый боевик…

— Не ты один, — Сол сбросила скорость, выходя на орбиту. Йорфс оказался прямо под ними: одинокий, несчастный и беззащитный. Беспилотники Альтаира были сбиты кораблями Гвардии, а без них планета выглядела особенно уязвимой.

— Никогда не считала себя способной на подвиг, — буркнула Сол чуть смущённо.

— Как и я.

— Выходит, мы оба ошибались?

Альтаир неопределённо пожал плечами.

Сол потянула штурвал, беря курс на луну. По её расчетам, до естественного спутника планеты было полчаса ходу.

— Так ты — прима?

— Бывший, — невесело усмехнулся он.

— Бывших прим не бывает.

Альтаир покачал головой. Повисла долгая пауза. Сол деликатно молчала, ожидая, пока он заговорит.

— Иногда мне хочется вернуться назад во времени, чтобы по-другому прожить тот день, — наконец, произнёс Альтаир. — Когда мой корабль подбили, я оказался в открытом космосе в разгерметизированном скафандре. Меня смогли вытащить, но какое-то время я пробыл в состоянии клинической смерти. Судьба распорядилась так, что я выжил, но способности примы не восстановились до конца, а стали вроде как усечёнными. Словно бесплатная демо-версия медиаканала, которая работает только пару часов в день. Видимо, те клетки мозга, что успели погибнуть… Словом, с тех пор я ощущаю себя неполноценным. Вернее, ощущал. Пока не встретил тебя.

Сол почувствовала, что краснеет.

— Ты — лучшее, что случилось со мной за всю мою жизнь, — откровенно продолжал Альтаир. — Твоя импульсивность, твоя энергичность, твоя прямолинейность и искренность покорили меня с первых минут нашего знакомства.

Сол с испугом подумала, что Альтаир говорит так, словно спешит сказать ей всё, пока ещё не поздно. Она на мгновение представила, что Альтаир может оказаться прав, — от этой мысли мороз пробежал по коже.