— У меня есть идея получше, — сказал Шарур. — В доме одного из кузнецов богу будет сложнее найти ее. Там сила металла не даст богу заглянуть куда не надо.

— Да, ты прав. — Хаббазу снова кивнул. — Я слышал, как Энзуаб говорил об этом.

— Энгибил тоже на это жаловался, — сказал Шарур. — Если бы богам пришлось творить мир заново, они не позволили бы людям учиться работать с металлом. И, кстати, учиться писать тоже не позволили бы. Но люди научились всему этому, и назад теперь не вернешь.

— Наверное, — согласился Хаббазу. — Ты имеешь в виду дом какого-то конкретного кузнеца? Но можно ли ему доверить столь щекотливое дело? Я бы не стал рисковать. А ну как он решит вернуть эту штуку богу, или разболтает так, что до бога дойдет?

— Тут нет риска, — ответил Шарур. — Я хочу отнести это в дом Димгалабзу, ты его уже знаешь.

— Но он же сейчас на севере, воюет, — удивился Хаббазу.

— Верно. А еще он — отец Нингаль, моей невесты. Ей уж точно можно доверять. Она ни за что не захочет возвращать эту вещь богу. Это совсем не в ее интересах.

— Возможно. Но она женщина. Ты уверен, что она не станет болтать?

— В ней я уверен больше, чем в тебе. Тебя, мастер-вор, я знаю сравнительно недавно, а Нингаль я знаю с тех пор, как мы оба были детьми, игравшими в пыли на улице Кузнецов.

— Ладно. С ней понятно. Точка. — Хаббазу помолчал. — Но ведь в доме она не одна. Есть ее родичи. Рабы есть. Как с ними?

— Не знаю, — проворчал Шарур. — Знаю только, что рабам доверять нельзя.

Хаббазу снова кивнул. Шарур не упомянул Гуляль, мать Нингаль. То, что он о ней знал, доверия не внушало. Она, скорее всего, не одобрит присутствие в доме такого опасного предмета.

Хаббазу правильно понял его молчание.

— Если нельзя оставлять эту вещь в доме Димгалабзу, то что с ней делать?

— Придется брать с собой, — противореча сам себе ответил Шарур. — Там много людей. Можно надеяться, что в такой толпе бог не заметит эту штуку. «А если бог все-таки придет, я ее разобью», подумал Шарур, но вслух ничего говорить не стал.

Хаббазу рассмеялся.

— Сначала ты говоришь одно, а потом другое. Значит, сомневаешься. Я тоже сомневаюсь.

— Да, поначалу я ошибся. — Шарур грустно улыбнулся. — Может, я и теперь ошибаюсь. — Он жалел, что не подумал об этом раньше.

Они прошли мимо дома Эрешгуна. Дом Димгалабзу находился чуть дальше. Шарур остановился перед дверью, а Хаббазу по инерции сделал еще пару шагов, но тотчас вернулся.

— Извини, — сказал Шарур. — Я забыл, что ты не знаешь этого дома.