- Я… - вымолвила Гамилла и замолчала, не в силах подобрать слова.

- Случилась однажды история, - решила зайти с козырей Елена, снова используя превосходство в культурном багаже. – Я ее прочитала в старой книге у мэтра Ульпиана. Жил-был человек, хороший моряк и жених. А потом его предали лучшие друзья. Они вместе написали донос, а бесчестный судья отправил беднягу в страшную тюрьму, из которой не было выхода. Причем в день свадьбы.

- Сразу все? – недоверчиво спросила Гамилла. – Неудачно же он подбирал товарищей.

- Увы, - развела руками Елена. – Оказалось, что каждый ему по-своему завидовал и желал в душе зла. Но все-таки он сумел бежать, чудом и соизволением Пантократора.

Кажется, удалось не на шутку заинтересовать Гамиллу. Елена давно отметила, что большая часть аборигенов, по сравнению с землянами, живет в состоянии жестокого информационного голода, поэтому любая сколь-нибудь хорошая история ценится очень высоко.

- И много лет он посвятил… - рассказчица сделала внушительную паузу. – Мести.

- Получилось?

- О, да. Он не спешил и отомстил всем, включая нечестного судью. Не просто так, а с выдумкой. Все остались живы, но жизнь каждого была разрушена до основания.

- Это как?.. – озадаченно нахмурилась арбалетчица.

- Ну… - Елена старательно напрягала память. – Например, судья был уличен в том, что убил своего незаконнорожденного сына.

- А-а-а, - кивнула «госпожа стрел». – Понимаю.

- И так со всеми. Месть его была ужасна… только вот затем… - Елена опять выдержала театральную паузу. – В итоге оказалось, что себя покарал наравне с другими.

Гамилла сдвинула брови, но теперь уже не скептически, а скорее в готовности услышать неожиданную развязку.

- Он уничтожил их жизни, но и свою тоже. Каждый день после освобождения был посвящен мести, каждое мгновение. Человек пил ее и ею же дышал. И… все. Жена, дети, обычные радости, все прошло мимо. А когда возмездие пришло, не осталось ничего. Вообще ничего. Его ждала безрадостная одинокая старость, в которой не было ни целей, ни счастья. Только память о ненависти длиной на десятилетия.

- И что же теперь делать? – потерянно спросила, наконец, Гамилла.

- Хороший вопрос. Что же делать? - развела руками рыжеволосая. – Ответ простой. Но последовать ему будет… непросто.

- ?

- Уйди со сцены. Отомсти врагам счастливой жизнью.

- Не… понимаю.