Гиппогриф дремал на крыше поместья, когда яркий свет сигнального феникса коснулся его глаз. Настойчивый стук клюва в окно и разбудил Сте-ал-аяну.

Готовясь к сражению, она наделила союзников совиным зрением, придала им бодрости и сил. Не пожалела она слов и на покровы магического поглощения. Голубоватое свечение окружило всадников вместе с их скакунами, затрудняя проникновение в том числе и союзного колдовства. После этого она сотворила иллюзорную стену, сквозь которую можно было наблюдать лишь с одной стороны. На мгновение она прикоснулась к футляру для свитков из власника, с которым никогда не расставалась, но, передумав, одернула руку. Она натянула вдоль ворот колдовскую нить и, не выпуская ее края, взобралась на гиппогрифа.

Противник бесшумно отворил ворота. Сте-ал-аяна бестрепетно выжидала. Не обнаружили себя и солдаты Афе-Лиота, хотя расстояние и позволяло им начать обстрел. Не беспокоились и приученные к бою животные.

Небоизбранные также подготовились к сражению. Трое из них владели магией и подобно Сте-ал-аяне не жалели для союзников колдовства. Они укрыли воинов покровами поглощения, а кроме того, облачили в плащи ветров. Вращаясь небольшим вихрем, это заклинание изменяло траектории подлетающих стрел, отбрасывало ножи, камни и другие мелкие предметы. Сами маги защитились и более сложными заклинаниями: один укрылся сферой погодного постоянства, второй окружил себя пятью иллюзорными двойниками. Эти иллюзии не обладали ни собственной волей, ни колдовской силой, но слепо повторяли движения своего создателя. Сотворил двойника и третий маг, но его близнец из меди уже мог за себя постоять. Бризарские воины вооружились топорами, но в защите ограничились одеждами из бычьих шкур, выкрашенных в синий цвет их ордена.

Лишь когда все небоизбранные вошли во двор, Сте-ал-аяна отпустила нить. Тогда земля под ногами бризарцев раскололась и начала стремительно обрушаться. Огромные каменные глыбы с грохотом расползались в стороны. Самые проворные и наиболее удачливые мятежники сумели перебраться на неподвижную твердь. Но находившееся в центре отряда люди оказались в плену товарищей, и секундные промедления стоили им жизней. Они срывались в пропасть, а их исполненные ужаса крики тонули в громе земли. Четверо из них ушли под землю мгновенно. Один ухватил за ногу мага в сфере погодного постоянства и вылез по нему, как по незыблемой глыбе. Еще одного второй маг сумел подхватить в падении заклинанием и поднять.

Афелиоты не стали расходовать понапрасну стрел и сразу взялись за копья. Выскочив из иллюзорного укрытия, они застали противника врасплох. Бычья кожа небоизбранных не могла оказать коворту серьезного сопротивления. Афелиоты прошибали мятежников насквозь, как соломенных чучел, топтали копытами и сбрасывали в провал. Первоначально дюжина защитников противостояла почти вдвое более многочисленному врагу. Но соотношение сил быстро менялось. Ко времени, когда бризарцы смогли перегруппироваться и начать оказывать хоть какое-то сопротивление, численность сторон уже уравнялась.