Маги небоизбранных не имели достаточной силы, чтобы пробить защиты Сте-ал-аяны. Они могли их рассеять, но это требовало времени, которого вражеская конница не намеревалась им предоставлять. Два мага, не сговариваясь, закрыли поле боя густым туманом. Третий окружил союзников большим кольцом огня. Его пламя не причинило вреда всадникам, но испугало лошадей.

Власник давал афелиотам надежную защиту от клинкового оружия, болтов и стрел. Однако небольшие топоры небоизбранных обладали высокой проникающей способностью и могли ее преодолеть. Другое дело, что пешим воинам было крайне сложно достать подвижных всадников. Лишь по случайности в огненном кольце оказались два афелиота. Бризарцы зарубили их, навалившись толпой, и захватили их лошадей. В одном случае им помогла сила медного близнеца, — он сумел удержать кобылицу за узду руками.

Но затем в бой вновь вступила Сте-ал-аяна. Все это время она плела сложное заклинание массового рассеивания. Одновременно исчез непроглядный туман, земля вновь сомкнулась, и угасло пламя. Растворились все защиты и все иллюзии обеих сторон.

Бризарцы вновь оказались окружены. На этот раз противники уже не приблизились и расстреляли их издалека. Почти все небоизбранные погибли на месте. Один маг успел обернуться стрижом, но Сте-ал-аяна не позволила ему бежать. Порывом сильного ветра она бросила его к лошадиным копытам гиппогрифа, и бесстрастно произнесла:

— Угощайся.

Несколько запоздало в бой вступили этезианские солдаты. Они презирали запуганных бризарцев, и потому даже проснувшись от тревожного боя колокола, не могли поверить в мятеж. Лишь пронзительный крик торжествующего гиппогрифа вернул их в чувства.

Однако улицы под контроль они взяли быстро. Пускай бризарцы и лишили Вулкарда большинства магов, но в масштабах двадцатитысячной армии то был незначительный укол. Мятежники вновь попрятались по чердакам и подвалам. Им оставалось только ждать.

Иварис сразу же направилась ко дворцу Вулкарда. Она действовала спонтанно, положившись на свои врожденные инстинкты и попросив благословения стихий. С собой она взяла Поборника Света, а на палец надела Хрустального Лиса, которого прежде носил Язар. Она не получила его божественной силы, а вот ее зрение обострилось. Даже темная ночь теперь не была преградой для ее глаз. Подняв голову, она увидела красный трепещущий огонь Язара. И тогда же он сошелся с Набахом, и небо заволок черный непроглядный туман. Взяла она и костяной меч Язара; прежде он принадлежал небоизбранному, а еще раньше тритонам, обитавшим в коре Каштура. Именно потому костяным оружием изначально вооружал своих последователей Неберис. А еще потому, что в его представлении такое оружие больше подходило альвам, уподобить которым он желал своих людей.