У всех дивов высокого класса была какая-то способность, похожая на оружие колдуна. Но если колдуну приходилось учиться пользоваться оружием с самого детства, то у дивов способность проявлялась сама с самых нижних уровней. И к моменту перехода в первый класс превращалась в по-настоящему мощное оружие. Вроде Кузиного огненного дыхания.
— Что за оружие?
— Что-то вроде копья или пики. Именно этой штукой Владимир получил в глаз.
— И, вероятно, именно ей и убили колдуна из Управления… — закончил мысль Аверин.
— Угу, — подтвердил Виктор, — откуда только взялась такая тварь…
— Я думаю, его вызвали. У меня появилась версия, что Дубков стал для этого жертвой.
— Ого… и кто это сделал? И почему же тогда Дубкова не сожрали?
— А вот это и надо выяснить в первую очередь. Вы узнали про Николая Хмельницкого?
— Да, конечно. Сейчас, я записал где-то… — он порылся в бумагах на столе.
— А, вот. Живет он на Крестовском, по всей видимости, с родителями. Учится в Академии, сейчас на каникулах. Штрафов за небрежное вождение нет, зато есть несколько приводов и штрафов за нарушение общественного порядка.
— О, парень колдун, значит. Так я и думал. Нарушение общественного порядка… что именно?
— Этого я не знаю. Но могу узнать подробнее.
— Да, если не трудно, — Аверин посмотрел на листочек с адресом. — …Колдун. Он ведь мог вызвать нашего дива. Девятнадцать лет — это уже выпускные курсы. Съезжу сейчас к нему домой, побеседую.
— Вам составить компанию?
— Нет, не нужно. У вас и тут дел по горло. Лучше позвоните Семенычу, вдруг что есть по тому лоскуту. А у меня же теперь вот это. — Он подбросил жетон Управления и, поймав его, сунул в карман.
— А если демон там, всех сожрал и сидит вас ждет?
— Ах да, всё время забываю про ваш пистолет. Не волнуйтесь, Кузя меня предупредит.
— Ну, хорошо. Но вы обещали держать меня в курсе, помните?
— Конечно, до связи, — Аверин вышел из кабинета. Надо было еще накормить оставшихся полицейских дивов и запереть их на ночь. Аверин надеялся, что к завтрашнему дню Фетисов придет в себя и сможет сам вернуться к работе.
Когда Аверин вышел из участка, ему на плечо снова села галка.