Давид мною манипулировал!

Я не могла поверить, что Страж был на такое способен, но очень надеялась, что у него для этого имелись серьёзные причины. О предательстве я даже не задумывалась — в чёрном мире просто не существовало предателей. Мы принадлежали либо тёмным, либо светлым, находились либо на одной стороне, либо на другой, и третьего было не дано. А потому желание Давида убедить меня в несостоятельности моих подозрений, имело иной характер.

Только вот какой?..

— Не делай этого! — предупредила я ледяным голосом. — Не смей!

— Прости, — искренне попросил он, остановившись в шаге от меня. — Я хотел тебя успокоить…

— Я спокойна!

— Но тебя что-то встревожило.

— Я слышала голоса. И чувствую чьё-то присутствие.

— Здесь никого не было, — доверительно повторил Страж и прижал меня к себе, как маленького, испуганного ребёнка. — Наверное, тебе приснилось.

На душе стало немного легче, хотя не желавшее успокаиваться сознание продолжало терзаться сомнениями и подозрениями. Оно упорно твердило, что Давид скрывал что-то важное. Однако пытать его я больше не стала и нехотя напомнила себе, что на земле мне светила психушка…

— Точно? — всё ещё недоверчиво, но с огромным желанием сдаться, переспросила я.

— Точно, — подтвердил он. — Мы совершенно одни, пока не придёт смена.

Я кивнула.

А затем резко обернулась и посмотрела на второй пик, где шелохнулась тень тёмного Стража. И с шумом выпустила из лёгких весь воздух, ощутив, как стыд адским пламенем поджёг мои щёки. Вчера, в охватившем нас вихре эмоций я перестала обращать внимание на творившееся вокруг, считая, что единственным свидетелем произошедшего было пламя крошечного костра. Однако тёмный на другой башне буквально сверлил нас взглядом, и я поняла — он обо всём знал.

— Это ужасно! — прошептала я, прижавшись спиной к Давиду. — Он нас видел!

— Забудь, — спокойно отозвался Страж. — Он не опасен. В данный момент точно.

Я промолчала, но не смогла оторвать взгляда от фигуры, облокотившейся на каменную изгородь. Давид поцеловал меня в макушку и крепче сжал в объятиях, словно стараясь защитить от всего тёмного мира и моих личных страхов. Но потом неожиданно отстранился.

— Подожди. Мне нужно кое-что сделать.

— Сейчас? — я недоумённо обернулась, вновь почувствовав себя беззащитной.

— Сейчас. Я и так увиливал от работы почти всю ночь, — усмехнулся он и направился к треноге.