Синхронизация песен требовала немало усилий, но она давала возможность остановить Зеленую Гниль и даже ее излечить, если свои силы объединяли несколько драконов. Эти четверо провели у дерева уже час, и Рейк не хотел нарушать их концентрацию.

Потянувшись к ближайшим окрестностям, он изучил их внимательнее, чем обычно, когда лишь быстро скользил поверхностным взглядом по всему пространству леса. Однако сейчас ничего особенного не заметил. По крайней мере, беспокоиться было не о чем. Здесь не было никакой опасности, достойной внимания Рейка, и, возможно, Старейшина Жизни просто хотел его отослать.

И с чего бы ей здесь оказаться? Королевство Феорлен было совсем небольшим, находилось, можно сказать, на отшибе, и если где-то и упоминалось, то в основном это были древние легенды. Феорлен называли нежеланной землей. Ее случайно обнаружила Империя Скарлов, а несколько столетий спустя случайно завоевала армия давно канувшей в небытие Алдунейской Республики. Со временем Феорлен стал самостоятельным королевством, поскольку ни республика, ни империя не посчитали, что из-за него стоит проливать кровь. Клочок земли на краю прежнего мира, о котором настоящий даже не помнил. Какие серьезные угрозы могли здесь обнаружиться?

Бурчание изумрудных драконов, которое гремело все громче и громче, привлекло внимание Рейка. На его глазах зелено-серое пятно на коре больного дерева начало съеживаться. Это был шаг к выздоровлению. Наблюдать это всегда было радостно. И счастливы были те, кто все еще мог надеяться на это.

Разум сосредоточенных на своей задаче изумрудных драконов источал мириады магических пылинок. Рейк займется Очищением и Ковкой своего ядра здесь, как только проверит остальных.

Едкий запах коснулся его чувствительных ноздрей рептилии. Рейк втянул воздух, повинуясь инстинкту, совсем нечеловеческому, к которому еще не приспособился полностью, пусть и провел в этой форме долгие годы.

Чей-то писк доносился снизу, из-под его когтистой лапы. Рейк присел на корточки – по лесной траве полз детеныш барсука. Его мех отваливался клочьями, а позади тянулся скользкий след, испещренный пятнами крови. Крик малыша вызвал дрожь внутри Рейка, хотя, казалось, эти чувства давно уснули.

Его душа отозвалась болью. Тяжело вздохнув, Рейк положил лапу на грудь, которую сдавило мучившее его проклятие.

«Я знаю, – подумал он. – Но «изумрудные» обязательно попытаются его спасти».

Боль нарастала. Рейк так крепко сжал рукоять своего оружия, что чешуйки на его ладони треснули.