— Остановись, дружище! — крикнул иммигрант. — Я ведь могу убить тебя голыми руками, ты знаешь это!

Из его бока хлестала кровь и заливала ему штаны.

— Точно, — процедил Насиф. — Будто бы мне нужно для этого оружие.

Он попробовал нанести несколько ударов — тщетно. Те, что соединялись с корпусом иммигранта, ему не причиняли вреда. Значит, пришло время для тяжёлой артиллерии. Взмахнув руками, Насиф ухватился за края тьмы, окружавшей его, и обернулся, словно в тёплое одеяло в холодный зимний вечер. Мир превратился в серию оттенков чёрного, где едва возможно было различить, где человек, а где уже мертвец.

Души сновали вокруг, истошно крича на разные лады. Насиф не обращал внимания. Сделав несколько шагов вперёд, он приблизился вплотную к Саргию и произнёс:

— Мне очень жаль.

Он воткнул нож в пробитый бок иммигранта и рванул клинок вверх. И всё бы закончилось быстро, если бы не возникшая из ниоткуда ладонь, сжавшая его запястье.

— Что?.. — только и успел промолвить Насиф, прежде чем Саргий сломал ему руку.

Истошно крича от боли, он рванул назад, пытаясь вырваться из хватки, однако иммигрант не отпускал его. Изо рта Саргия хлынула кровь, но он продолжал держать шамана. Размахнувшись, он обрушил кулак на грудную клетку противника, одним ударом переломав несколько рёбер.

Чудовищный огонь начал сжигать Насифа, выбивая воздух из его лёгких. У него был только один шанс завершить драку в свою пользу, и он это знал.

Собравшись с остатками сил, он подпрыгнул и ударил Саргия коленом в челюсть. Та гулко хрустнула, чуть ли не оторвавшись полностью. Казалось, иммигранту всё было нипочём — однако, руку шамана он отпустил. Пытаясь вставить челюсть на место, он утратил на мгновение контроль. Этого более чем хватило.

Чувствуя, что сейчас потеряет сознание от боли, целой рукой Насиф выхватил застрявший в ране Саргия кинжал и ткнул им в глаз бывшего друга. Иммигрант заорал и пошатнулся. Пинок в грудь отправил его на землю.

Смотря, как громила корчится от боли, Насиф почувствовал укол жалости. А ведь совсем недавно этот человек ему во всём доверял. Конечно, шаман никогда не раскрывал полностью своих карт, да и не собирался. Они всего лишь оказались в одной лодке, что шла к тому же пункту назначению. А вот дальше их пути совершенно расходились.

Никакая дружба не стоила предательства родины.

Отдышавшись и подавив боль, Насиф сумел кое-как перезарядить винтовку и проковылять к иммигранту. Тот всё ещё продолжал скулить.

Одной рукой держать ружьё на весу не получалось, потому шаман попытался приставить дуло к виску Саргия. Кисть дрогнула — и оружие упёрлось в глотку. «Что же, не идеально, но сейчас не время для перфекционизма».