– А он дело говорит, – сказал Тиарнах. – В кои-то веки.

– Я возьму, – произнес крестьянин и потянулся за склянкой.

Пенни схватила его за руку:

– Ты уверен, Дэвид?

Он стряхнул ее руку:

– Я хочу одного – убивать ублюдков. Это мой город, мне и решать.

– Вот это боевой дух, добрый человек! – похвалил его Джерак Хайден. – Выпей это за пять минут до того, как вступишь в бой.

После этого остальные разобрали склянки. Дело было сделано.

– Что насчет другого твоего оружия? – спросил Тиарнах.

Алхимик небрежно отшвырнул пустую корзину.

– Уже на стене и готово к развертыванию. Слуга Лоримера Фелле и какой-то молодой парень с большими усами его заранее подготовили.

– Хорошо, – сказал Тиарнах, уже уводя добровольцев ополчения к южной стене. – Значит, мы все готовы надавать по яйцам Империи света и снести пару голов?

Джерак Хайден наблюдал, как безмозглые скоты суетятся над своей черной работой. Он рассчитывал, что шансов увидеть кого-то из них еще раз не много. Черной Герран потребовалось его мастерство для грядущей битвы, а он взял на себя смелость удвоить дозу. Это почти наверняка приведет к смерти тех, кто выпьет зелье, но ужасный эффект будет лучше соответствовать целям Хайдена. В прежние времена Черной Герран было бы все равно, что он сделал, лишь бы получить результат, но нынешняя пассивность повелительницы демонов была ему неприятна, а ее сомнения – просто за пределами его понимания и забот.

Он поспешно вернулся в мастерскую, где теперь не осталось ни припасов, ни порошков, ни помощников, только новое произведение ждало под холстом в углу. На рабочем столе мяукал и пускал пузыри под окровавленной простыней плененный вампир. Эти звуки раздражали алхимика. В этом проклятом месте никто не понимал ни его наслаждения спокойной работой и созерцанием, ни насущной потребности в тишине. В животе заурчало от запаха крови, и он вспомнил, что снова забыл поесть. За последние несколько дней его вкусы существенно изменились – он желал только мяса, и чем свежее, тем лучше.

Морщась от усиливающегося света, он зажег все свечи и фонари, а потом взял нож и миску и откинул простыню. Руки и ноги вампира отрастали заново, культи, как растения, пускали побеги. Это вызывало интерес Джерака, но, когда войска идут и с юга, и с севера, выживание приходится сделать приоритетным. Если бы он имел больше материалов для создания поистине великолепного алхимического оружия… но за столь ограниченный срок даже изобретательная Черная Герран не смогла бы обеспечить необходимое. Он вздохнул, надрезал торс подопытного и собрал в миску густую кровь. А потом отставил ее и снял полотно со своей новой боевой машины, стоявшей в углу мастерской.