Один так и сделал. Амогг крепко ухватила его за горло и швырнула вниз, в город, не интересуясь, сломал ли он при падении шею. Повторить его ошибку больше никто не рискнул.

Принц Сокол подошел к Тарнбруку с двумя тысячами отборных убийц за спиной, ветеранов многих захватнических походов и чисток. Из них уже давно было выжжено всякое милосердие.

Верена Авилданская отвернулась от этого зрелища, верные пираты помогли ей сойти со стены, а малыш слинкс крепко обнимал за плечи. Бережно придерживая перевязанный обрубок руки, королева подошла к Лоримеру Фелле и его слуге. Лорд-вампир был отмыт, нарядно одет и стоял в праздных размышлениях. Эстеван, напротив, имел неопрятный вид, шляпа на нем была заляпанная и мятая, а глаза смотрели устало. К нему то и дело подбегали посланники – он занимался организацией обороны.

Королева проигнорировала вампира, но привлекла внимание Эстевана.

– Тебе следует убрать защитников с городской стены, – сказала она. – Я рассказывала вам о своей морской битве. Люди, выстроившиеся на этих стенах, только навлекут на себя смерть – золотое пламя пронесется по ним и сожжет все живое.

Эстеван оценивающе посмотрел на примитивную защитную стену, которую за несколько недель возвели вокруг города.

– Я понимаю, что простой ров и забор из бревен надолго не задержат такую армию. Остается надеяться, что сырое дерево окажется более прочным, чем просоленные бока кораблей Авилдана. Я обсуждал это с Тиарнахом и Амогг, и мы пришли к выводу, что они, скорее всего, будут пробивать стену и атаковать через брешь, а не пытаться захватить целиком. Уверяю, бойцы наверху больше для устрашения.

Верена кивнула, поправляя повязку.

– Ты всю жизнь понапрасну тратишь свой интеллект, служа этому чурбану вампиру.

Лоример Фелле не стал возражать, только чуть улыбнулся.

– Амогг, Тиарнах и я будем сдерживать их у брешей, – сказал он, – разумеется, если Черная Герран и Мейвен смогут отразить самые тяжелые удары золотого огня. Если нет, то битва, скорее всего, окажется удручающе краткой.

– А где Джерак Хайден и его творения? – с отвращением морщась, будто надкусывая кислый лимон, спросила Верена. – Что-то я здесь не вижу этой суетливой мелкой крысы.

Эстеван указал на небольшую группу горожан в масках, кожаных перчатках и фартуках – они переносили на стену мешки и большие сосуды и укладывали рядом с громадной фигурой Амогг.

– Пока мы тут беседуем, на позицию выдвигается его последнее вооружение. – Эстеван нахмурился и помолчал. – Это странно. Я мог бы поклясться, что он делал нечто большее, чем это… нечто едкое в больших глиняных горшках. – Он покачал головой. – Как бы то ни было, руки Амогг Хадакк поработают катапультой. А сам Джерак сейчас, вероятно, как раз закончил встречу с Тиарнахом и ополчением.