Латунные и стальные стержни были собраны в подобие грубого человеческого скелета, сверкающего лезвиями и шипами. Мягко светящиеся глаза из дымчатого кварца следили за каждым движением Хайдена. Он откинул крышку металлической фляги внутри стальных ребер и залил туда кровь вампира, пополняя запас энергии. Глаза вспыхнули, и сквозь кварц проступили красные вены. Джерак Хайден, довольно хмыкнув, отступил назад, любуясь совершенством первого искусственного человека.

Все годы заточения в Муравейнике он мысленно экспериментировал, пытался решить проблему преобразования неосязаемой магии в физическую подвижность. Лоример Фелле, сам того не желая, дал на это ответ: тело вампира стало тиглем, а его насыщенная магией кровь – мощным источником силы. Если бы Джерак Хайден мог более методично воспроизвести этот процесс, наступила бы новая эра прогресса. Люди стали бы подобны богам – бессмертные, больше не рабы потребностей и мимолетных желаний плоти.

У алхимика не было времени внедрить человеческое сознание в это первозданное тело или строить искусственный разум по собственному образцу, но скелет был куда прочнее костей и плоти. Джерак Хайден надеялся, что этого будет достаточно, чтобы поспособствовать его побегу из обреченного города.

Его руки дрожали, челюсть ныла, и жгло глаза. Сделав крошечный надрез на предплечье, он залил в рану остаток крови вампира, содрогаясь от наслаждения, когда магия потоком хлынула в вены. Эти крошечные дозы он принимал с тех пор, как получил объект для испытаний, и был уверен, что его могучий интеллект останется стабильным и ясным, если перемены не будут внезапными. Ему обязательно нужно выжить и невредимым покинуть Тарнбрук, потому что ум Джерака Хайдена, мастера алхимии и гения, чрезвычайно важен для этого мира.

Глава 36

Глава 36

На стенах стояла ужасающая тишина, несмотря на то что туда набилось много народа. В мертвом безмолвии все с отчаянием наблюдали, как с юга страшным зверем из белых плащей и блестящей стали приближается армия Империи света. В солнечных лучах они выглядели величественно и ужасающе, совсем не похожими на заляпанных кровью и грязью защитников Тарнбрука. На их фоне побежденные Тарнбруком имперские солдаты выглядели бы дилетантами. Тяжеловооруженная пехота была выстроена в десять четких, марширующих в ногу квадратов, каждый из которых возглавлял инквизитор в полных доспехах, а полдюжины жрецов в рясах замыкали строй для магической защиты и исцеления. Во главе войска в сопровождении множества посвященных рыцарей шел сам принц Сокол, излучающий гнев. При одном его появлении горожане должны были падать ниц и молить о пощаде.