Тиарнах сидел, прислонившись к стене у входа в храм, земля под ним потемнела. Он был весь изранен, длинные рыжие волосы с одного бока вырваны, через глубокий порез виднелась кость. Лицо и бороду заливала кровь. Из входа, который он охранял, на некромантку уставились перепуганные горожане.

– Мейвен, – выдохнул Тиарнах, скривившись от боли. – Я сейчас не в лучшей форме.

Она внимательно посмотрела на него.

– С этим можно поспорить. Я думала, что ты уже мертв. Или сбежал.

– Жаль тебя разочаровывать, – ответил он. – А как дела у тебя?

– Черная Герран мертва.

Тиарнах посмотрел на обсидиановый нож у нее в руке.

– Это ты зарезала корову? Чую на тебе ее магию. Ну ладно. Не могу сказать, что это неожиданность. А что с остальными?

– Все погибли.

– Кучка слабаков, – пробурчал он. – Под конец выстояли только мы, закаленные сволочи, да?

Она фыркнула.

– Непохоже, чтобы ты мог сейчас стоять.

– Старику надо иногда отдохнуть, – огрызнулся он. – Еще ведь нужно снести голову твоему говенному братцу, верно? Кстати, где этот урод?

Она посмотрела на север, где последние защитники города бежали по узким улицам и переулкам, спасая жизнь, а Рыжая Пенни смело, но тщетно билась в арьергарде.

– Он должен был бы уже появиться.

Мейвен посмотрела на свой нож, а потом на израненного бога войны.

– От меня ты мало что получишь, – сказал он. – Я иссох до дна.

Ее взгляд переместился на горожан, трясущихся от страха в храме за его спиной.

Взгляд Тиарнаха стал холодным и твердым.

– На твоем месте я бы не стал этого делать, старая карга. У меня еще хватит сил разделаться с любительницей трупов.