Тиарнах загнал горожан обратно в храм и занял позицию в дыре. Он не двинется с места и защитит свой народ или умрет.

Тиарнах моргнул.

Его народ.

Он понял, что это правда. Они придали ему новое мужество, и вместе с ним пришло умиротворение. Он подвел Кахалгилроев, но не подведет народ Тарнбрука.

Это желание защитить было странным. Люди Кахалгилроя были кровавыми разбойниками, превозносящими свои боевые умения и отнимающими все, что хотели, у тех, кто слабей. Тиарнах упивался этим… но что это за новый источник силы внутри его? Вера жителей Тарнбрука вливалась в него, ее не хватало, чтобы быстро исцелиться, но было достаточно, чтобы стоять и сражаться.

– Да чтоб меня, – пробормотал он, когда до него дошло. Ему больше нравилось убивать разбойников, чем быть одним из них.

Что ж, подумал бог войны, его задача проста. Он будет стоять здесь и убивать всех врагов, пока не явится их принц Сокол.

Глава 41

Глава 41

– Где моя сестра? – властно спросила Мейвен. – Скажи, и город еще можно будет спасти. Пусть твоих родных здесь нет, но я их найду и обреку на вечные муки, если не скажешь.

Черная Герран расхохоталась.

– До моих родных ты не доберешься. Это не в твоей власти.

От злости татуировка на лице Мейвен скукожилась.

– Наверное, ты услала их в Хеллрат, – процедила она сквозь зубы. – У тебя всегда есть запасной план. Если они в безопасности, то зачем вся эта свистопляска с защитой города?

– И впрямь, зачем? – отозвалась Черная Герран. – Тарнбрук десятилетия был моим домом, а его жители – достойные люди. Это достаточная причина. Последний хороший поступок после всех гнусностей.

Повелительница демонов всем весом оперлась на трость.

– Однако сделка есть сделка. Грейс в храме Светлейшей в столице империи, Светлой гавани. Это не тот вычурный огромный храм, который они построили, а маленькая часовня в глубине старого дворца королевы на озере. Амадден держит там сестру под замком несколько десятилетий, подальше от любых опасностей, а также свободы. Я никогда тебе не лгала, и это правда.

Мейвен знала, что это правда.

– Спасибо, – сказала она, крепче сомкнув пальцы на черном ноже.

– Полагаю, теперь ты меня убьешь? – спросила Черная Герран. – Я слишком стара и истощена, чтобы сопротивляться, но уже получила от жизни все, что могла взять.