Она попятилась и высоко подняла руку, полную некромантской магией.

– Восстаньте!

Трупы солдат и посвященных рыцарей поднялись на ноги, сжимая оружие – их руки еще помнили, как с ним обращаться. Лишь один труп отказался подчиняться ее воле. Тиарнах лежал в том же месте, где пал, упрямо возражая ей даже после смерти, а устремленный на нее взгляд о чем-то предостерегал.

Мейвен отошла подальше от храма и кучки грязных крестьян и наблюдала, как армия мертвецов облепила пылающую фигуру ее божественного братца. Его бешеный гнев и золотые кулаки испепеляли нападавших с каждым взмахом. Но как бы принц Сокол ни был силен, он ослаб после многочисленных схваток, и чей-нибудь меч умудрялся пронзить его, прежде чем сгореть дотла вместе с хозяином. На фоне золота заалела кровь.

Из переулка появился отряд потрепанных солдат империи, они переводили взгляды с Мейвен на своего предводителя. Она протянула к ним руку, сгноив внутренние органы, а трупы присоединила к своей армии. Для нее было безопаснее убить солдат брата и натравить их на него, чем самой драться с ним напрямую. Смерть с помощью сотни булавочных уколов, а кровь ему пускали его же подданные. Как же ему досадно!

Она побежала на юг, по дороге поднимая павших. По всему городу рассыпалось немало имперских солдат, они выбивали двери и убивали всех, кто сопротивлялся. А сопротивлялись все горожане, хотели они того или нет. Мейвен наткнулась на несколько отрядов и тут же вырвала у них жизнь. Она оставила в живых нескольких оглушенных жителей Тарнбрука не из благородства, а потому что они были слишком слабы, да и повсюду были более подходящие объекты.

Снеся целый дом, Амадден взревел. Покачиваясь, он бросился за ней, отмахиваясь от назойливых трупов.

Мейвен дошла до разрушенных, почерневших остатков частокола и кучи-малы из мертвых ополченцев и солдат империи. Она узнала одного ополченца, с которым говорила раньше, – усатого мужчину по имени Николас. Он поднялся вместе со своими товарищами на стену из мертвецов, поднял копье, и они загородили ее брату проход с улицы. Потом опустили копья и двинулись на него. За ними толпились имперские пехотинцы, держа наготове сломанные щиты и погнутые мечи. И все для того, чтобы ослабить ее брата и в конце концов убить его. Ее нож мог покончить с ним в одно мгновение, но подходить достаточно близко, чтобы пустить его в ход, было слишком рискованно.

Мейвен посмотрела на огромный труп демона Малифера, но ее магия не действовала на нечеловеческую плоть.

Она поджидала брата на этом поле смерти, пока он пробирался через армию мертвецов. Копья и мечи собрали свой урожай, его пылающие доспехи мерцали и тускнели, а следом за ним по улицам тянулся кровавый след.