— Он хороший предводитель?

— Он женился на дочери Старейшины Эленара. А, впрочем, его корабли не приходили назад пустыми.

Молодой Герцог убедился, что предатель едва знает Арлига и понятие не имеет, что тот станет делать.

— Вспоминай, может ли кто-то из пленных рассказать больше тебя, — велел Гэрих без особой надежды. Этот безумец сейчас вернется к реке и, занятый лишь игрой с кинжалом, забудет, что вокруг идет война. Острова Теор ненавидит ненавистью изгнанника, совершившего слишком много ошибок, его чувства так же непредсказуемы, как он сам. Без него высадка регинского флота не прошла бы гладко, но разбойник уже рассказал все, что знал. Гэрих порядком устал от человека, чье настроение меняется каждый день, а жажда мести, похоже, не простирается дальше Берега Чаек.

— Останешься в лагере, — приказал Гэрих. — Не желаю видеть тебя среди моих воинов.

Прошло то время, когда морской дьявол мог своевольничать в Новом Замке. Если заспорит, прикончат на месте. Но Теор неожиданно согласился:

— Сражайся, с кем пожелаешь, господин. Все, что я любил и ненавидел, на этом берегу.

Эдару Монвульскому предстояло распоряжаться в лагере и охранять регинский флот. Ему перед выступлением сказал Гэрих:

— Теор с Островов мне больше не нужен.

На что способен предводитель разбойников? Гэрих желал получить ответ, которого не знал сам Арлиг.

— … мы с севера, Отец-Старейшина. Мы ловили кальмаров, когда пришли регинцы, потому и живы. А деревня…

— … словно боги прокляли нас!

— … словно демоны из темноты!

— … мы сражались, но они были повсюду…

— … оружие, Отец-Старейшина! Перед зимой его ведь никогда не спешат чинить!

— … моей дочери не было и пятнадцати!

— … в нашей деревне они пытали людей раскаленным железом, чтобы узнать имена Старейшин!

Плохие новости сыпятся как из рога изобилия. Трое помощников — их вся Община выбирала на Большом Совете — не успевают выслушать всех, и Арлиг вынужден наделить теми же полномочиями старших дочерей. Против обычая раздавать власть родне, но в ком еще он может быть так уверен?