— А если бы они взяли Тину?

Он и теперь не ответил, но по лицу разбойница все прочла — брат ее ведь никогда не умел прятать чувства. Предатель, безумец или дьявол — к убийству матери Теор не готов. И он сам не знает, что с этим делать.

— Вот что, — произнес изгнанник, перекрывая крики у реки. — Твоей смерти я не хочу, я могу тебя уберечь.

Крики означали, что к делу приступил счастливчик, первый по жребию. Эхом в крови Дельфины шевельнулся Берег Зубов. Она не слышала, что говорит Теор. Лата, Ора или Кэмора? Дельфина не узнавала голоса. Но Олеар, супруг Оры, ее голос узнает. Может, пришло время молить богов, чтобы Олеара уже не было в живых?

— Сколько у тебя детей?

Она ответила, не раздумывая:

— Все, какие есть на Островах, мои. Ты забыл, как мы здесь живем.

— Да, я забыл, что ты послушная девочка Совета. Такая же, как эти три, — кивнул он на реку. — И что? Где теперь Отцы-Старейшины? Если хочешь жить, пойдешь со мной.

Она безлико спросила:

— Куда?

— В Меркат! В Регинию!

— Я вижу, тебе там было очень хорошо.

О да, она все видела. Регинцы ведь не друзья ему и никогда не позовут к своему костру. Регинцы… “убьют его, — подумала вдруг Дельфина. — Убьют, как только станет не нужен!” Это было предчувствие, а в предчувствиях она не ошибалась. Хотела его предупредить, но поняла: “Он знает…”.

Почувствовала, как закипает в Теоре ярость.

— Дельфина, ведь ты не глупа! Ты действительно веришь им — Совету, Старухам, наставникам??? Выбранным Главарям, всем своим богам? Действительно не понимаешь, что ты — разменная монета? Тебя называют свободной, чтобы приказывать. Тебе подарили равенство, чтобы бросать в битву. В рейдах им твоя жизнь — дешевле придорожной грязи. На Обрядах тебя спаривают, как племенную кобылу, а потом отнимают детей, чтобы вырастить новых добытчиков. Ведьма на лусинском берегу — ведь это ты! На Островах нет второй настолько покорной дуры! Это была ты?

Стиснул ее железной хваткой, чуть не оторвав от земли, не задумываясь, что причиняет ей боль. Дельфина пискнула: